Сердце жизни. Книга шестая

Я же боковым зрением заметила усмешку на губах «спящей» Нирралин.

– И что с того? – забурчала себе под нос раздосадованная нянюшка, – вас таких дурочек знаешь сколько? Вон ещё одна на ветке лежит с хвостом! А он плевать хотел на тебя, неё и всех остальных. Его интересует только собственная дочь и её благополучие. Прекращай уже летать в облаках, Рия, и спускайся ближе к земле. Ты могла бы вернуться на Деймос к Вильгельму.

Мне даже закивать захотелось на последней фразе, насколько я считала её слова правильными.

Они были очень хорошей парой до приезда Александра, чтоб его трусливый зад кто-нибудь сожрал.

– Вильгельм? – сквасилась мама, – вы с Алисой удивительно спелись, Тин. И я даже не знаю, что меня останавливает больше: нежелание оставлять Лесси и её отца, или… то, что с Асгардом у нас все хм… сложно. Он в отношении меня себя ведет ещё более странно, чем Алекс.

Нянюшка захохотала, прикрывая рот рукой.

– Эта странность называется «ответная любовь»! – раздался её веселый голос, – мужчины ведут себя так, когда ты им тоже не безразлична.

Александр очнулся поздно, а Асгард понял всё сразу, потому что голову на плечах имеет. Пусть и полупустую, раз не смог удержать мою дочь, а после тебя.

Рая поджала губы, глядя вперед.

– Меня иногда выводит твоя прямолинейность, – выдохнула она.

– Сама говорила, что я – истинная Кери, – улыбнулась ей Актиния, – но ты же меня никогда не слушаешь, да? Отпусти Варга.

Мама зло на неё зыркнула и неожиданно прошипела:

– Говоришь это только потому, что сама на него слюни пускаешь! Я же вижу, как ты на него смотришь!

Мы с Нирой опешили.

У неё даже кончик хвоста, до этого нервно подергивающийся, завис в воздухе. Актиния закатила глаза.

– Мне было семнадцать, Риайя. И я тебе уже говорила, что вся моя подростковая влюбленность прошла очень быстро.

Её будто бы и не смущало ничего – ни я с висталкой сверху, ни злость мамы, ни то… Так она не знает о том, что её мать была за ним замужем?! Ну да, это было бы странно.

Тини вообще мало что знает. Это факт.

– Лгунья, – хмыкнула мама.

– Ты видишь врага в каждом, кто находится рядом, – сурово заметила няня, – а стоило бы поискать в себе – ты сама себе всё портишь.

Рая сквасилась и опустила взгляд к собственным грубым пальцам.

– Я всё же попытаю счастье, – наконец, сказала она, – пока Лесси не вырастет, – она улыбнулась, – он сегодня даже разрешил мне поспарринговаться с ним.