Сердце бога. Книга восьмая

– Да, Лесси, – короткий ответ.

Без насмешливости, которая должна была последовать. Я чувствовала это.

– Тебя развеселил мой вопрос? – я сжала и разжала пальцы на правой руке.

Нужно было абстрагироваться от страха – только так его можно победить.

– Немного, – звук приближающихся шагов.

Смятение.

– Тебя что-то тревожит? – моя рука накрыла закрытые веки.

Он молчал около минуты. За это время я успела потереть глаза, с тяжестью их открыть и вглядеться в размытый моим зрением потолок.

– Я… беспокоился о тебе, – под его телом прогнулся матрас.

Я смогла повернуть голову в его сторону, чтобы встретиться с чёрным взглядом.

– Признаешься в своих чувствах так открыто? – зачем-то произнесла я.

Только после опомнилась, ведь он мог понять это как насмешку. Однако Фил лишь кивнул и ответил:

– Получается так, аларин, – сразу же отвернувшись, – тебе стоит остаться в постели на некоторое время.

Я потянулась. Никакой боли! Даже усталость отсутствовала! Именно поэтому я села под его недовольным взором, потянулась уже с этого ракурса и… зашипела.

Рука сама собой прижалась к груди, где вновь началась эта прерывистая тягомотина с «Ту-ук».

– Лесси, ляг, – ледяным тоном, но не касаясь меня и пальцем, пророкотал Князь.

Интересно, по какой причине?

Я осталась скрюченно сидеть.

– Ты успел меня вылечить, но рана была сильной, да? – выдохнула под отступающую тяжесть, – поэтому так болит?

Взгляд у него сделался упрямым. Сердитым и тяжёлым, как луна.

– Почему ты молчишь? – нахмурилась я.

А после того, как ничего не изменилось, свесила сперва одну ногу, потом вторую, скривилась, поднялась, удерживаясь с помощью изножья кровати и прошла к гардеробной. Мне нужно было зеркало. Почему-то мне казалось, что оно расскажет мне обо всём.

Однако в нём отражалась обычная я: всё такая же бледная, тощая и высокомерная. Только в этот раз глаза казались напуганными, бледность болезненной, а всё тело едва стоящим без подрагиваний.

– Что не так? – я потянулась к груди платья, слыша позади шаги, – шрам?

Брови сошлись в одну.

Не просто шрам – шов будто разрастался под моими стаскивающими ткань руками. Сперва вниз на десять сантиметров от ключиц, после в стороны практически до плеч, а после снова вниз посередине, чтобы завершиться стежками у живота.

– Прямой массаж сердца? – недоверчиво повернулась к мужу.

По его лицу прошла судорога.

– Там нечего было массажировать, – почти прошипел он.