Сердце бога. Книга восьмая

Ожидание того же, о чём думала я?

Татуированные со стороны ладоней пальцы Ариэллы прижались к щекам Варга.

– Это странно, – пробормотала мама.

В шатёр вбежала Актиния, глянула на спину Кери, проводящую странные манипуляции, затем мать и безразличного Тома, после чего медленно, не привлекая внимания, направилась к нам.

Ариэлла тем временем склонилась к уху папы и что-то прошептала. Я постаралась прислушаться, но до меня донесся только легкий налёт шёпота, что было очень странно для куртьего слуха.

– Соболезную, Лесси, – донеслось до меня нянюшкино.

Она выглядела очень перевозбужденной сейчас – немного растрепавшаяся копна на голове, блестящие глаза и сдерживаемые эмоции, которые было не скрыть.

Женщина упала на стул рядом с Раей.

– Поговорим, когда всё закончится, ладно? – попросила она маму.

Ариэлла в это время успела выпрямиться, очень неприятно покашлять и забрать у протягивающего ей Кери платок, чтобы сунуть его под плащ и ткань на голове и вынуть его уже с кровью.

– Она тяжело отходит, – подтвердила Актиния почему-то с улыбкой, – но уже может разговаривать. И… – она не выдержала, пусть и сбавила тон, – у меня будет сестра! Я в шоке.

Я промолчала, почувствовав дикую ревность в душе. И она должна радоваться появлению матери тогда, когда мой отец умер?!

– Альфа, – остановил отступающую к выходу чету Кери Вомбор, – шатёр для тебя готов. Мы подготовили целителя, твои вещи и готовы слушать твои слова.

Женщина в плаще задрала голову, чтобы оглядеть лицо Беты и сразу же повернула его к Виктору, буравящему взглядом оппонента.

– Я отдам приказ позже, – безразлично сообщил Кери.

Вомбор нахмурился, оглядел руку Леди на локте мужчины и пробасил:

– Отдавать приказы может только Альфа, – упрямый и внимательный взгляд на Ариэллу.

У Виктора полыхнули глаза.

– Позже, – только у услышала я хриплое.

Голос у Паучихи был скрипучий, костистый и жалкий. А ещё больной, будто она умирала, а не восстанавливалась.

Была ли я жестока, но меня это радовало.

– И это всё? – перебила очередную волну тишины я, – ты не сделаешь ничего? – громко и четко, властно, – ты хоть плачешь там, под плащом?

Я была зла на неё – в сердце пылала ярость. Из-за неё умер мой папа, а она ничего не делает, хотя может?!

– Лесси, – холодно произнёс Фим.

Я агрессивно зыркнула на него и перевела взор обратно на Верховную.

– Что нам делать, Альфа? – сдвинул брови в одну Вомбор.