Сердца войны. Книга четвертая

Сердца войны. Книга четвертая

Анна Цой

Четвертая книга цикла "Сердца трех миров". Над новым миром вновь нависла война, я осталась зажата между данным мною обещанием и страхом перед будущим, а в сознании началась не уступающая по уровню силы битва. Смогу ли я остаться самой собой, пока рушатся блоки и замки, которые держат меня и мою тень – Алессу? Или мне предрешено узнать, что тень это… я?

Содержит нецензурную брань.

Анна Цой

Сердца войны. Книга четвертая

Пролог

– Это все, – на меня взглянули мои же каре-зеленые глаза, – хотя, есть еще кое что…

Я расслабленно кивнула и обратила на нее свой взгляд.

Туман вокруг нас рассеялся так же резко, как появился. Я и моя «тень», если так можно назвать ту, которая по определению была важнее, стояли на огромной залитой полуденным солнцем поляне грамандинов. Все точь-в-точь как в одном из прошлых снов.

Легкий ветерок покачивал разноцветные цветочки, сладкий запах щекотал ноздри, а девушка продолжала стоять и улыбаться, наблюдая за моей отпечатавшейся на лице радостью.

– Атланта, которую вы забрали у висталок – мощная штука, – она опустила взгляд вслед за севшей на землю мной, – я бы сказала очень мощная.

Я отстраненно кивнула, не особо понимая к чему она ведет, но чувствуя легкое раздражение по поводу ее медлительности при разговоре.

– Она помогла тебе восстановиться. Ты говорила, – поторопила ее я.

Девушка кивнула и вновь меня оглядела. В ее глазах мелькнул страх.

– Не просто восстановиться, а… как бы это сказать… дала мне сил, чтобы я смогла влиять на тело… так же, как ты.

Я ошеломленно воззрилась на Алессу и не сдержалась:

– То есть кулон напитал твою сущность эм… энергией? И ты будешь со мной всегда?!

Я задумалась.

– Я смогу только говорить с тобой, – она опустилась рядом, – я все же не такая сильная.

Мой кивок, и подозрительное:

– Почему ты боишься?

Страх был бы обоснован, если бы она перестала переживать сейчас, но теперь к испуганным глазам добавились подрагивающие руки. Девушка вспыхнула смущением, ее глаза забегали, а голова вжалась в плечи.

– Я… прошу тебя не говорить про это никому.

Я подняла бровь.

– Почему? – спросила я.