Сердца войны. Книга четвертая

Та открылась моментально, явив мне хмурого отца, явно собиравшегося сбежать отсюда куда подальше. А все потому, что на самом большом диванчике сидела растрепанная и бледная мама с мокрым полотенцем на голове и бурчала:

– Почему мне досталась сила и магия мужчин, но я не могу побороть похмелье так же, как вы? Это как-то не честно! Почему мне всегда достаётся все самое гадкое?!

– Потому что ты пьешь больше, мам, – я приветливо улыбнулась отцу, жестом отпустила порядком уставшую служанку, меняющую полотенце каждую секунду, и взяла с горячего лба Раи ткань.

Чтобы опустить ее в ледяную воду, отжать и вновь положить на тяжело вздохнувшую маму с ее смертельным видом и кошмарным перегаром.

– Ты надолго? – Вильгельм подошел ближе, опустился в кресло рядом и печально оглядел меня.

«Враг народа» – прокомментировала обиженная на меня номер пятьсот.

«Я всегда номер один» – добавила она.

– Во времени меня никто не ограничивал, – я села, подвинув мамины ноги, и взглянула на отца.

Рая в очередной раз тяжело вздохнула и закрыла глаза.

– Ты же не будешь приходить сюда каждый день? – спросила она, стянув со лба полотенце и шмякнув его на столик рядом.

Мне пришлось вновь подняться и проделать все манипуляции заново.

– Я не знаю, мам, – пальцы закололо от кусочков льда в воде, – но я постараюсь делать это чаще.

– А как прикажешь быть мне? Я не отходила от тебя семнадцать лет! – она распахнула глаза, – и планировала продолжать еще как минимум пятьсот!

Я улыбнулась. И аккуратно положила на ее лоб прохладную ткань, так же прикрыв явно режущие от света глаза.

– Мой переезд должен был произойти. То, что он получился раньше, чем ты планировала, говорит лишь о том, что я выросла, – я опустилась на подлокотник кресла отца.

– Тебе семнадцать, – прошипела мама, – ты еще совсем ребенок!

Я кивнула.

– Я не бросаю тебя! К тому же от тебя буду находиться в минуте портала, – я задумчиво поднялась и потянулась к тазику с водой, – и я уверена, что смогу уговорить Феликса допустить тебя в Мридиф.

Мама резко поднялась и села на диване, отчего полотенце шлепнулось ей на колени. На платье тут же расплылось пятно от воды.

– Отходит он быстро! – прорычала она, – а она его уговорит! Я не смогу жить отдельно от тебя! У меня… просто смысла в этом нет!

Я подняла с ее колен ткань, опустила в воду и там же оставила.