Сердца войны. Книга четвертая

Не можете понять, что у этой самой игрушки тоже есть чувства и свое мнение насчет вас.

У Князя дернулся глаз. Но он промолчал, поняв про какой момент из наших взаимоотношений я говорю.

«Ты же не кричала ему «Я говорю тебе нет, Вольтер!» когда падала со скалы» – усмехнулась Алесса, – «так что, считай, не отказывала».

Мы не говорили с ним об этом. Забавно, но мы с ним вообще не говорили о том, о чем определенно следовало бы. Но я чувствовала, что, стоит мне начать, как он или замолчит, или сведет все к отрицанию.

Чертово деймосовское воспитание с их «мальчики не чувствуют».

– Вы начнете войну? – после некоторого молчания спросила я.

– Мы уже ее начали, – сурово ответили мне.

Я кивнула. После чего поднялась на ноги, скрипнув креслом по кафелю, и привычно собрала посуду, чтобы унести ее на кухню.

– Благодарю за завтрак, – сказала я холодному Филу и вышла в коридор.

Где у меня тут же забрали приборы, ошеломленно поблагодарив и заверив, что необходимости в этом не было.

– Останешься здесь или пойдешь со мной к папе? – спросила я, шагая в сторону фойе.

– Лорд Вольтер разрешил мне пожить в Мридифе, пока все не успокоится, так что… ты не против если я останусь? – неправильно поняла меня она, – я не спала день и… мне только подготовили комнату. Я слишком устала, Лис, так что пойду спать.

Я улыбнулась ей и осталась стоять у лестницы, в то время как девушка скрылась в коридоре за ней, очевидно отправившись в то самое «женское» крыло.

– Не задерживайся, – встал рядом со мной Феликс.

У окна появилось золотое колечко перехода, выросшее до размеров два на два. Я же нахмурилась, шастать по полноместным порталам одной мне еще не приходилось. Моментальные – другое дело, там пустоты под ногами не было.

«Трусиха» – комментатор не дремлет.

– Ты будешь держать его все время, что я буду там? – я приблизилась к нему.

Мужчина стоял на месте, даже не протянув ко мне руку, оставшись отстраненным, как скала. Неужели я сказала что-то не то в столовой?

– Если хочешь, то будет, – произнес он.

Я сделала еще шаг и уткнулась носом в его пиджак, талии коснулась горячая рука.

– Я боюсь, Фил, – прошептала я, – боюсь за маму, которая периодически не может держать себя в руках. Боюсь за отца, который ввязывается в войну.