Двойное небо

Вид у него был такой, будто он понимал абсолютно всё, что я чувствовала, но хитро играл, желая накалить интерес до предела.

Холод улицы помог справиться с мыслями. Но ненадолго – ладонь грел сжатый в желании уберечь чехол. Зачем он мне был нужен?

Через месяц восхитительно милых посиделок в ресторанах и кафе, из-за того, что мы оба не следили за временем, я опоздала в общежитие.

И я даже попыталась пробиться через вахтершу, но она как обычно требовала объяснительную, а из-за неё могла быть ну очень долгая разъяснительная беседа с комендантом, поэтому я, убедившая Лёву до этого уезжать и не переживать за меня, написала, зная, что если позвонить ему, когда он за рулём, весь вечер пройдет в ворчании:

«Можешь вернуться?» – я понятия не имела, куда бы мы могли поехать, потому что, оставаясь в нашем городе, он не раз говорил, что ночевал в гостинице.

Я села на холодную лавочку, сильнее закуталась в куртку и впилась подмерзающими пальцами в светящийся экран. Лев уже должен был выехать на автостраду за городом – так показывали часы на экране смартфона.

Не ответит. Что ж, меня ждал трамвай до пересечения улиц, затем несколько кварталов до дома родителей и успокоение испуганной мамы по поводу позднего приезда. Дверь же железная, старая и очень шумная. Папа точно услышит мой приход.

«Зайди в здание. Мне нужно полчаса» – сообщение от него заставило меня улыбнуться.

И пойти на встречу, согреваясь и одновременно понимая, что закрывшая тяжёлую дверь комендант будет смотреть на меня как на идиотку, отвлекающую её от важных дел.

– Ты проехал мимо, – выдохнула пар я, – я у Суда.

– Что ты там делаешь? – будто и не спрашивал его голос в телефоне, – минуту.

Он сбросил звонок. А на той стороне улицы внедорожник развернулся прямо посреди дороги, заставив зажмуриться от света фар.

В этот раз пробрало меня не от холода – я заставила его нарушить все мыслимые и немыслимые правила, начиная от дорожных, заканчивая теми, что были в его как бы выразиться мягче… престарелой голове.

– Надо было выбирать коменданта, – буркнула себе под нос, когда у бордюра остановилась машина.

Под его взглядом идти пришлось быстрее.

– Прости, – залезла на сидение.

С места мы тронулись резче обычного. А ещё молча и смотря только на дорогу. Я сдалась первая:

– Куда мы едем?

– Завтра нужно встать раньше, чтобы я успел к десяти, – он часто так делал, когда злился – не слышал мой вопрос, а говорил то, что думал в этот момент.