Двойное небо

Как оказалось, подруга в телефонной трубке тоже:

– Или в гостинице рядом, ага, – хмыкнула она, – иди, давай. И напиши мне, я тебе позвоню, чтобы сказать, что кошка рожает и её срочно нужно спасать.

Нервный смешок вырвался сам. Но открывать хлипкую общажную дверь моей комнаты я не спешила. А всё потому, что на железном крючке у входа висел черный матовый зонт, который стоило бы взять с собой и отдать хозяину, однако я лишь ещё раз посмотрела на него, качнула головой и вышла в коридор, шумный и необыкновенно людный сегодня – пятница для остающихся в общежитии студентов была самым лучшим временем студенчества.

– Камилка, мы пива купили, будешь? – махнул мне прозрачным стаканчиком Егор, пока я проходила мимо распахнутых дверей кухни.

– А я-то думаю, чего вы не в своём блоке сидите, – Вера, как та, кто жил в одной комнате со мной, знала куда я иду, – она, считай, уже замужем, так что отвали от неё.

– Платье покороче надо было! – Саша с Мариной были солидарны друг с другом:

– Я говорила, нужно было то красное, – девушка рассмеялась, – цвет страсти, между прочим! – махнув телефоном в воздухе и тем самым говоря, откуда она это узнала.

– К десяти вернусь, – махнула им рукой.

– Ага, ври больше, – хихикнула в трубке Юля, – поспит общага без тебя сегодня.

Я закатила глаза.

– К десяти утра? – бросила мне вдогонку Вера.

Ей в ответ что-то зашипел Егор, но не стала отвечать я – меня уже встретил бетонный лестничный пролет.

– Ладно, я побежала, – попрощалась с подругой.

– Много не пей, – порекомендовала она.

Я хмыкнула и отключилась. Кто вообще планировал пить?

«Спускаюсь» – дошло до меня, что нужно написать ему.

«Замечательно, я жду» – пришло моментально.

В моей голове это прозвучало так же надменно и холодно, как он разговаривал со мной в первый раз. Будет ли он таким всегда? Может. такое отношение только ко мне? Но я же не заставляла его знакомиться. Да и в редкие моменты созвонов он не казался мне таким, каким был тогда.

Звонки делали его слегка насмешливым, ироничным и добрым. Помимо того, что вредным и упрямым. Я хотела видеть его таким, каким был в нашей семье папа – тем, кто может посмеяться над какой-нибудь маминой глупостью, отстоять своё решение, но не навязывать его всем членам семьи, а ещё тем, кто будет любить меня так же, как он любит маму. Ещё со школы у меня было множество подруг, рассказывающих о своих семьях, не счастливых – это было видно с самого начала.