Офицеры. Книга третья. За гранью

А девочкой она слыла весьма смышленой…

В тиши нагревшегося кабинета слышалось учащенное женское дыхание. Глаша широко раскрытыми глазами глядела на мужа.

– Мне было хорошо…

– Мне тоже…

Старший лейтенант встал, заботливо прикрыл жену армейским плотным шерстяным одеялом и потянулся к одежде.

– Мы с тобой не поторопились, – озорно прищурилась Глаша, глядя на мужа, – оставить их одних?

Нетрудно было догадаться, что ее мысли перескочили на Машу и Дегтярева, от которых они проказливо сбежали.

– Чужая душа – это потемки, – Серж неопределенно пожал плечами.

– А какие темные уголки у нас тут? – женщина дотронулась до мужского лба. – Что за скелеты в нашем шкафу…

– Сплошные лабиринты, забитые костьми…

Мог бы он еще добавить, что в них змеями кишат всякие думы. Серж нисколько не озаботился тем, что скажут, увидев, как Глаша с утречка выплывает из его кабинета. Как зав офицерской столовой ей полагалось время от времени сверять списки. А потому она по утрам частенько забегала к нему.

Кинув на разводе настороженный взгляд в сторону начальника склада боеприпасов, Серж окончательно убедился в том, что все он рассчитал верно. Прапор после хорошей попойки едва притащился на негнущихся ногах, стоял в строю, покачиваясь маятником.

Прежде чем добраться до склада, Степаненко заглянул в одну из рот, к дружку своему старшине Лебедеву. Распив в каптерке на двоих бутылку, они вместе отправились в караульное помещение, где Федька расписался в постовой ведомости о вскрытии объекта.

– Фу, Степаненко, надышал! – поморщился начкар.

Глупо улыбаясь, Федька продефилировал к выходу.

– Ты меня уважаешь? – стараясь идти ровно и не качаясь из стороны в сторону, справился он у топающего рядом Лебедева.

– Уважаю! – кивнул ротный старшина.

– Идем ко мне…

Трясущимися пальцами, не глядя на сам оттиск, Федька сорвал печать, едва не оборвав шнурок, сунул слепок себе в карман. Ключ упорно не хотел вставляться, пришлось вмешаться Лебедеву.

– Вот мы и дома! – тяжелые шаги протопали по цементному полу, оставляя после себя влажные подтеки, затаптывая подсохшие грязевые разводы, на которые не обратилось должного внимания.

Ни начальник склада, ни его дружок в упор не заметили, что ночью в помещении кто-то побывал, по одной лишь самой простой причине: оба они на глаза почти ничего уже не видели.