Ханна Хенсен

Роняет ее на стойку. Сигарета в середине чем-то смочилась, может водой, может, чем покрепче. Щелчок зажигалки. Затяжка. Еле слышный треск табака и прочей дряни. Она выпускает дым в потолок. Хольгер наблюдает за ней с интересом. Снова затяжка – те же звуки, те же действия. Затяжка. Мокрая бумага горит с отчетливо слышимым шипением. Ханна криво улыбается. Она не смотрит сейчас на Хольгера. Она на мгновение забыла о нем и о том, что она на работе. Во внешнем мире играет музыка «Nirvana», в голове Ханны звучит ветер.

Она не смогла бы объяснить, отчего в голове зародился голос ветра.

Докурив, Ханна бросила взгляд в зал. Никого. На часы – пора домой. На Хольгера – от него исходит какое-то тепло вперемешку с виски и потухшей безысходностью и его жалко прогонять.

– Пора закрываться?

– Да.

– Спасибо.

– За что?

– За приятное общество.

Он расплатился за виски и пошел к выходу.

– Smells Like Teen Spirit, – сказала зачем-то Ханна.

– Именно, – улыбнулся Хольгер.

Следующая встреча, потом еще одна – они уже болтали как старые знакомые, о музыке, кино, литературе. Ханна рассказывает о том, как чувствует музыку, он – как чувствует людей. Она показывает ему свои стихи, какие-то записи в прозе. Он находит их интересными и просит, чтобы она писала еще.

Эрика уезжает. Хольгер забирает Ханну к себе в домик в Кируну. По дороге она молчат, слушают музыку. Иногда Ханна подпевает иконам рока, за что получает еще и комплимент по поводу голоса.

Ханна говорит, что ей легко с ним, потому что умеет не только говорить умные вещи, но и умно молчать. Молчание тоже музыка, музыка тишины и ее Ханна тоже любит. Как выяснилось и Хольгер тоже.

***

Машина мчится по ночным улицам. Пустые улицы прекрасны. Ханна улыбается.

– Лучше? А то ты грустила.

– Лучше, – отвечает Ханна. – И то, что я немного грустная это нормально.

– С одной стороны да, – соглашается Хольгер. – Но ты же понимаешь, что она все равно бы поехала.

Ханна кивнула:

– Смысл жизни.

Типичное начало разговора после отъезда Эрики.

– Буду присматривать за тобой. Чтобы ты ничего не натворила до возвращения Эрики.

Ханна смеется.

– Согласна. Хотя, что я могу натворить?

– Да, что угодно. Уехать с едва знакомым человеком к черту на рога.

– Этим человеком был ты.