Время не лечит

А вот попасть сюда было куда сложнее, но я ведь твой ученик, я стал немцем, и вот я здесь, танцую с тобой вальс, как в тот день нашего первого с тобой знакомства, помнишь, как я тебя кружил и целовал? А сад роз, помнишь? А я все помню. Ты мою жизнь под откос пустила, а хочешь, я сейчас твою жизнь так же уничтожу, как ты уничтожила мою?

– Ники, у меня четверо детей, остановись, не надо ничего предпринимать, ты же знал, кто я.

– Нет, милая, в тот вечер я ничего не знал, когда влюбился в тебя до сумасшествия. Долго ты меня дурачила, даже бабушкой прикинулась, а я и поверил, на могиле твоей был, слезы лил.

Со стороны казалось, что офицер о чем-то разговаривает со своей партнершей, все наблюдали за их танцем, он был очень стремительным, капитан кружил женщину в малиновом платье, оно словно флаг, трепетало вокруг нее и, казалось, вот-вот пара обессилит и упадет на пол. Вдруг офицер приподнял Эми и стал осыпать ее лицо поцелуями, потом нашел губы и впился в них.

«Что же ты наделал, Ники», – подумала Эми, и в этот момент, когда он впился своими губами в ее губы, она освободила руку и нажала на его сонную артерию. Он медленно стал оседать на пол, цепляясь за ее платье. Полковник и Рудольф бросились к ним. Адам успел схватить Эми в охапку и отнести в сторону от капитана. Тот рухнул на пол, уткнувшись лицом вниз.

К офицеру подошел Генрих:

– Позовите врачей, этот человек болен, его нужно отнести в лазарет, – сказал доктор Краузе.

Тут же подбежали солдаты и унесли офицера в медсанчасть.

Подошел Рудольф:

– Эми, ты цела? Вот что делает твоя красота с мужчинами! Они просто сходят с ума, – возмутился муж, – зачем было так наряжаться, платье это твое заколдованное, я тоже тогда от любви обезумел, как увидел тебя в этом платье, – шутил Рудольф, чтобы разрядить обстановку. – Это твое платье на мужчин действует, как красная тряпка на быка, я когда-нибудь его просто сожгу! Поехали домой, – уже гневно говорил Рудольф, – ну нигде с этой женщиной нельзя появиться, обязательно что-нибудь да приключится.

– Подожди, дорогой, надо посмотреть, что с этим офицером, не переборщила ли я с ним?

И подойдя к Адаму, она шепнула:

– Это Николас Кан. Надо что-то делать. Оставлять его здесь нельзя.

Эми нашла Генриха.

– Генрих, идем со мной к этому несчастному, говорят, он ранен в голову, может быть, я попробую с ним поработать и успокоить беднягу. Наверное, он давно вообще женщин не видел.