И о чем-то плакала Японка

Как только я начала его благодарить за оказанную им высокую честь, он прервал меня словами:

– Вы казались мне более искренней, Донна Мажептила.

– Я вас не обманываю, я очень рада вашей рекомендации, вы первый человек, кото-рый мне поставил балл…

– Вы сказали мне, что никогда не занимались народным целительством. Но тогда каким образом вы определили сложный перелом фаланги пальца? Откуда у вас тонкое знание психотехники вывода человека из состояния острой депрессии? Вы всё-таки медик. Меня просто интересует ваша специализация.

– Да следователь я, следователь со стажем, а те, кто ко мне приходили, имели проблемы, связанные с моей профессией. Перелом у Дили я пережила сама, поэтому сразу отправила ее в травматологию…

– Хочется вам верить, – тихо сказал он. В его голосе слышалось сомнение, недоверие и некоторое разочарование в моей порядочности.

Обидно. Я не хотела с ним портить отношений. Мне нравился этот человек.

16

Ночью мне опять приснилась плачущая японка.

На этот раз она была без лошадей и кареты, и драконы на кимоно были меньше размером и более темного цвета.

Над веером сверкали глаза, наполненные слезами.

Лёгкий ночной ветер шевелил складки ткани. Тихо шуршала листва над головой.

Мы смотрели друг на друга и молчали.

Потом она исчезла.

17

Утром посетителей не было, после поливки огорода, вышла прогуляться за хлебом.

На пороге магазина столкнулась с белым, как лунь старцем. У него был проницательный взгляд, огромная длинная седая шевелюра и столь же огромная седая борода.

– Гляжу новая жительница у нас. От скуки приехала, от скуки.

Меня аж затрясло. Тебе бы, старый хрен, такую «скуку». Вампир, плятть, ждёшь, что я сейчас визжать буду, а ты моим гневом подпитаешься и проживешь на этой земле лишний месяц. Ведь баба я нервная, раздражительная, в гневе много энергии трачу. Я раскрыла рот, чтобы всё это ему высказать, но перед моим взором встала Ксения Григорьевна.

Самолучшее средство от скуки

Ваш изящный ландо-шевроле.

Я люблю ваши смуглые руки

На изогнутом белом руле.

Брови старика поехали вверх. Вне всякого сомнения, он знал Северянина. Ого, какой интеллигентный дедушка мне тут встретился!

– Ах Зизи, Зизи, как тебе себя не жаль, – пробормотал он и отвернулся.