Семь-Я. Роман

И когда однажды вечером он неожиданно ввалился в дом, она, при слабом свете от чадящей керосиновой лампы, не узнавая собственного мужа, при виде заросшего щетиной и покрывшегося грязью человека вскрикнула, от страха собрав в охапку детей, забилась в угол, не спуская с него напряжённого взгляда.

Услышав голос мужа, она в отчаянии взмахнула руками, – боже, как урна привокзальная, – подбежала к нему и тут же бросилась греть воду.

– Не бойтесь, я это, я, чумазый весь…

– А ну ка, чумазый, полезай в корыто, – скомандовала мать и, сунув в руки старшему ковшик, приказала лить на голову отца.

Дети раскрыв рты, смотрели как слои грязи стекали по рёбрам, выпирающим на худом теле; чернота смешивалась с мылом и смывалась водой, враз открывая чистые участки кожи, окрашивая угольно-жидкой сажей алюминиевую посудину. Отмытые глаза засияли и улыбнулись, губы растянулись в ширь лица…

Отца усадили на деревянный стул, словно на трон, облачив его в заштопанное, но чистое бельё, а дети, вычерпывая из корыта грязную воду, быстро-быстро уносили её вёдрами из комнаты.

– Ничего, потерпите, не пыль пинаем, так надо. Главное, положили начало, а дальше пойдёт поспокойнее, не я один, вся бригада работает без отдыха. – Он ел с явной неохотой, усталость брала своё: язык не слушался, заплетался, но он продолжал спрашивать:

– Как вы тут? Справляетесь? Мамку слушаетесь?

– Д-а-а-а, – в один голос закивали дети, – слушаемся…

– Пойду-ка лягу… Подушка меня вылечит…

Мать, поддерживая под локоть, проводила, с жалостью вглядываясь в похудевшее лицо мужа, и повернувшись к детям цыкнула, чтобы не шумели.

Он спал до полудня следующего дня, а проснувшись, жадно набросился на еду. Борщ и рисовые котлеты с тарелок исчезали с молниеносной скоростью. Жена и малышка не спускали с него глаз.

– Сыт?

– Да, спасибо, вкусно как! Там ели что придётся, всухомятку, о еде не думали… Лишь бы в голодный обморок не упасть.

– Так в школе, где им ещё быть… Ты сегодня не уйдёшь? – Жена с тревогой ждала ответа.

– Нет, сегодня дома, утром заступлю. Как вы без меня? Дети помогают?

– Куда ж денутся. И воду принесут, и в магазин сбегают, обходимся, да и соседи тоже… А тебе там достаётся? – она с жалостью смотрела на мужа. Лицо его за ночь отдохнуло, взгляд успокоился и речь, как прежде, оживилась, потекла…

– Знаешь, все при деле.