Жизнь из чемодана. Миниатюры

Неужто круг навернул, виток?

И мотая головой, он всё не мог поверить, что грань недостижима, что иллюзия приближения лишь-игра разума.

Тогда он скинул грубые боты и побежал, да так быстро, что горизонт не успел отдалиться, и он, как заворожённый, встал на выступе и зрел пустоту туманную.

Сделав рывок, он нырнул в мясистую неопределённость, раскинув иксом ноги и руки.

Приближались звёзды, он задевал полумесяц и летел в космос.

– Смотри, смотри – комета летит…

– Э то не комета, это звезда падает, – глядя в окуляр линзы, подытожил ученый.

На небо наползала ночь, звёзды светили ярче обычного, дорога озарилась сметанным светом луны.

Кусок неба

Дайте мне кусок неба.

Синего, как перезревшая бирюза.

Где то между шаловливых туч.

И никаких облаков, в которых запутываешься, словно в путаной сети женских колготок.

Жирного, будто его намазали толстым слоем на небосклон и никто кроме него не чувствует аромата свободы.

Без этого огнепышущего обруча солнца, такого непостоянного, как грибной дождь в лицо.

Погода слизывает его ком в месиво коричневых желейных облаков.

Оно силится прорвать плотную завесу, да куда там лишь подкрашивает хной завитки белокурые.

Дайте мне кусок неба, и я как в детстве распорю его синь самолётиками оставляя на своём куске дымчатые шрамы.

А ещё я буду танцевать, пиная ногами пятнистые молниедышащие тучки.

Дайте мне кусок синего неба, ведь его жизнь так коротка, как зимний день, выкраивающий тени молочными фонарями.

Подарите мне счастье видеть синее небо сквозь решётку окна.

Передоз

Улыбка разрезает рот

Клыки наточены веками

Вампир смакует красный мёд

Вцепившись в волосы руками…

Худосок Автогравич давненько не впитывал кровь.

Страшно чесались клыки, он пробовал на ощупь содрать верхний слой надфилем, но узенький напильник стачивался о вековые острия.

Помнится, лет пятьдесят назад, пробовал он морфинистую кровушку, какое успокоение и негу выпытал он тогда.

Это вам не водочки черпануть наученным ртом!

Евпатория Судаковна, ещё будучи живой, страсть как любила морфинчик пригубить, причём не в шутку, а в отключку, до аморфных сновидений с вампирами и нечистью.

Как раз во время очередного сеанса плавно будто, подкожно врывается шприц, вонзил в неё зубки Худосок.