Естественное положение вещей. стихотворения

забвением, как и любовь сама —

теперь я понимаю – мне несложно —

когда вокруг – любовь, тюрьма, сума —

и остальное очень осторожно,

пока ты на свободе. И луна

в твоё окно вагонное, большое…

И мама папу кормит, как смогла,

картошкой, курицей – и водкой из подполья.

    июль 8—9. 2013 год

«Мне нечего теперь уже терять —…»

Мне нечего теперь уже терять —

война закончилась, когда я не родился,

но в сентябре меня погнала мать

в ту, среднюю, в которой я учился

все восемь лет.

из тех дверей… и дальше, если честно.

Потом была с родными чехарда —

из-за квартиры, то есть, койко-места.

Я был с вещами выкинут за дверь,

не ощутив любви и, как там, – ласки.

И вот теперь среди людских потерь

и мусора ищу себе подсказки —

в чём был неправ за свой короткий век,

в чём оплошал и был не к месту пьяным.

Мне нечего сказать уже за всех —

я просто жду свой час в углу дивана.

    июль 10. 2013 год

«Пускай не будет времени совсем…»

Пускай не будет времени совсем,

чтобы вернуться в то кафе, на площадь,

где голуби не видят перемен

вокруг себя, и ты немного проще,

чем стала позже.

по стенкам растекается, как утром

вода с деревьев. И на первый взгляд,

вода смывает прошлое, как будто,

и что-нибудь ещё, за прошлым вслед,

пока все спят, и ничего случайно

не происходит… Борщ опять в обед

всё разрешает молча и банально,

как и должно быть, видимо, сейчас —

попробуй по-другому – выйдет хуже,

как начатый невовремя рассказ

или, чего уж хуже – сядешь в лужу —

в прямом и переносном, где вода

размоет всё, смягчив финал немного,

оставшись, как и память – навсегда,

и став уже последнею дорогой.

    июль 15. 2013 год

«Неистово ты говорила – сука…»

Неистово ты говорила – сука,

теперь всё кончено и ничего не надо

от сказанного, что всему порука,

по крайней мере – с самого начал,

с того момента, как в пустой кофейне

я говорил, что не случится чудо,

но будет жизнь – от первой до последней

минуты, не случившейся покуда.

    июль 18. 2013 год

«Старость зажмурилась, глядя в моё лицо —…»

Старость зажмурилась, глядя в моё лицо —

я так же глаза закрывал, выходя на берег,

чтоб не ослепнуть от волн, слепящим своим свинцом,

в присутствии солнца и чаек, но без истерик

каких бы то ни было.