Дракон клана Натхая

Герлева не сводила глаз со своего обожаемого малыша, а Роберт с нее (словно хищная птица он следил за ней, не выпуская из вида ни на мгновение). Советник громко прочистил горло, отвлекая его от излюбленного занятия:

– Ваше Величество, не пора ли избавиться от гостей? – кивнул он в сторону Ансгара, неприкрыто флиртовавшего с дамой. – По замку ходят слухи, что они развлекаются с нашими женщинами и беспробудно пьют.

– Ты беспокоишься за их души?! – громко расхохотался король, дождался пока ему наполнят бокал, наклонился и прорычал ему прямо в лицо: – Не нужно барон, я уже их сожрал.

 – Встревоженно кланяясь, советник попятился, спотыкнулся, и чуть было не рухнул на стол.

Роберт вытер подступившие от смеха слезы, и направился к архиепископу.

– Ваше Величество, – поклонился Ансгар, соблюдая правила приличного тона, при этом не скрывая своего истинного отношения, написанного у него на лице.

– Мои придворные жалуются на вас, – недовольно заявил король, обратив все свое внимание на смеявшуюся с кем-то Герлеву.

– Не волнуйтесь, скоро мы покинем Фалез. Как Вы знаете, близ Нормандии идут сражения. Мы не хотели бы рисковать.

– Проклятый граф Бретани надеется захватить мои земли! «Папа» будет хлопать в ладоши, если это произойдет! – прокричал Роберт громче музыки. Ансгар вздрогнул.

– Не имею ни малейшего…

– Да, да, это я уже слышал, – махнул он на него рукой, и, бесцеремонно прервав разговор, покинул зал.

Звуки музыки стихли, шаги эхом отскакивали от стен.

Король брел по коридорам замка, нуждаясь в уединении.

– Граф Бретани – Ален третий, видно сошел с ума, раз решил тягаться со мной, – раздраженно ворчал он. (Граф ударил его в самое больное место – по чувству собственного достоинства, и Роберт сокрушался из-за этого сильнее, чем из-за разразившейся войны.)

Луну заслонили облака. Он вдохнул прохладный воздух ночи, оперевшись о балюстраду ладонями. Внизу, в темноте, за стенами замка горели огни домов, по долине разносился звонкий смех.

Король чувствовал небывалый груз на своих плечах, ведь он должен был заботиться о своих людях. Но как оказалось, о себе Роберт заботился больше: амбиции затмевали для него весь белый свет.

Где-то в вышине, за вытянутым облаком, мелькнула тень. Он присмотрелся и уловил движение: еле заметное, быстрое. Роберт не встречал птицы, способной так быстро летать. Движение повторилось, и ему показалось, будто из-под облака выглядывает длинный чешуйчатый хвост.