Месяц Безумного Волка

Одна талантливая поэтесса

придумала физика-недотепу,

который спросил, напирая на аллитерации:

– Как можем мы жить, если над каждым

висит более сорока тонн тротила?

За окном было пусто и холодно,

глухо было в кармане, пойти было некуда,

и я – ни за что ни про что

оказавшийся в эпицентре вопроса —

вдруг понял, как стосковался

по черному хлебу правды

среди поэтических анчоусов и выкрутасов.

А действительно, КАК?

И я, грешным делом, поверил

обратному процессу переработки бумаги

в древо познания добра и зла —

какие плоды звенели на его ветках?

Сначала мне доказали,

что трава прорастет все равно.

Экое утешение на старости лет.

Я – человек! Как бы мне не свихнуться

от этого счастья кузнечика!

Потом обстоятельно и подробно

(за это время можно было зачать человека

или спалить государство)

мне рассказали о бедных греческих узниках,

о Вечном Женском Начале

и Хранителе Времени,

болтающем с интонациями

жмеринского портного.

Чтение этой литературы,

злоупотребляющей заглавными буквами,

напомнило мне кормление

павловской собаки с фистулой в брюхе,

и я подумал, что право тревожить мир

заслуживают лишь те, кто могут его изменить.

Да, технократия, да!

Да, элита рабочего класса —

стеклодувы и операторы станций слежения,

программисты и наладчики гироскопов!

Благодаря вас, мы бредем по колено в навозе,

но благодаря вам наши авгиевы конюшни

будут решительно вычищены,

даже если потом придется начать все сначала —

с червяка!

Так мы живем.

Одни переламывают мир, как двухстволку,

другие в эту минуту спрашивают по радио,

возьмет ли человек в космос ветку сирени, —

более дурацкого вопроса я просто не знаю! —

до тех пор, пока им доступно не объяснят:

лучше не иметь слуха и голоса,

чем музыкально кричать «и-го-го!».

Поэт, ставящий больные вопросы

и отвечающий на них в манере

первого ученика,

подобен зубному врачу,

который говорит человечеству:

«У тебя болен зуб мудрости,

но я не буду лечить его —

пусть болит!»

***

А.

Под сердцем шевелится

осколок прежних лет:

красивая певица

поет, сходя на нет.

Маэстро на рояле

играет – как летит,

далекий от печали,

макушка – в конфетти.

Счастливый, он не знает —

не по его уму —

что руки простирает

певица не к нему.

Меня зовет певица —

живой воды глоток —

и праздник этот длится,

пока в розетке ток.