Горький аромат фиалок. Роман. Том второй

Конечно, решать не нам, но я согласен с ней в том, что мы должны глядеть чуточку вперед, в завтрашний день, а не смотреть под ноги, как бы ни была прочна почва там.

– Да, вы правы, – согласился с ним Владимир Иванович, – Решать не нам. И, боюсь, проект вряд ли пройдет. Власти всегда стремятся к более привычному. Боюсь, там живут именно сегодняшним днем.

Он вздохнул и добавил:

– Ладно, поживем – увидим.

Он задвигал бумагами на столе, и, вновь подняв глаза на Бекхана, сказал:

– Кстати, поздравляю с квартирой.

– Владимир Иванович, – начал Бекхан заготовленную речь, – я не могу принять этот подарок.

– А это не подарок, – возразил Ким, – Это премия. За отлично организованную службу охраны. За сэкономленные средства.

– Я согласен с вами в том, что хорошо выполненная работа должна поощряться. Но квартира… это слишком. Такая премия не адекватна моим усилиям.

– Почему? Стоимость ее не превысит суммы, которую сэкономит фирма за год с такой работой охранных служб. Вы оказали нам неоценимую услугу. И потом…

Владимир Иванович улыбнулся.

– … в ближайшей перспективе руководство фирмы не планирует больше премировать вас. Считайте, что это в некотором смысле аванс.

Затем он перешел на более доверительный тон.

– Прошу вас, Бекхан Кенжеевич, не отказывайтесь от квартиры. Виолетта говорит, что такие люди, такие специалисты, как вы, не должны ютиться в непотребном жилье.

Бекхан с наигранной укоризной взглянул на Виолетту – та пожала плечами, красноречиво расширив при этом глаза, мол, я такого не говорила.

– Живите, не испытывайте никаких неудобств, и тогда и фирма будет чувствовать отдачу от вашего труда.

С этими словами он откинулся на спинку своего кресла, давая понять, что разговор окончен. Но Бекхан медлил, до конца доигрывая свою роль, и тогда Владимир Иванович бросил, шутливо рассердившись:

– Все! Вы свободны.

Конечно, Бекхан своей деятельностью сэкономил большие средства, и Владимир Иванович думал о том, сколько будет еще сбережено. Но признателен он был за главное – за то, что Бекхан избавил фирму от ненавистного Рахата Аскерова. За один этот подвиг следовало вознаградить мужественного человека, отважившегося посягнуть на представителя всемогущего Аликеева.