Истории без географии

Может быть, он и обратил на нее внимание прошлым летом именно из-за ее легкого, звонкого, захватывавшего ее саму смеха. Славка слушал, глядя Светке прямо в глаза и радуясь, что она не отводит взгляд, нет, а смотрит на него, говорит и смеется.

Потом они перестали болтать, Светка всерьез взялась за коктейль, а Славка стал присматриваться к тому, что происходило вокруг.

Иностранец ушел. На его месте сидел парнишка славкиного возраста с тетрадкой на столе. Пуховое пальто, такое же, как было на Славке, лежало рядом на стуле.

Парнишка не взял ничего поесть. Он то рылся в тетрадке, видимо, в каком-то конспекте, то сам начинал рисовать в ней графики. Периодически он начинал усиленно грызть карандаш, шаря по сусекам собственных мозгов в поисках очередной линии. Взгляд его в это время блуждал по какой-то картине на стене за спиной у Славки.

Славка обернулся посмотреть. Там оказалась большая, как окно, репродукция японской гравюры. На высоком утесе среди прибоя примостился одинокий рыбак, закинув несколько нитей далеко в море.

Над бушующей пеной, перед белоснежной Фудзиямой, стоял человек и спокойно удил рыбу.

Славка поежился. Вот уж не ожидал он здесь увидеть «Хокусая». И к тому же, странно, что он не заметил эту картину в прошлый раз, когда был в этом зале. Тогда он, похоже, вообще ничего и никого здесь не заметил ? только наслаждался макдональдсовскими радостями. Черт! Он даже не помнил, что за люди сидели тогда вокруг.

Как-то очень быстро он переключился со своего молодецкого настроения и стал завороженно смотреть на это море, так и сидя вполоборота, и стал вспоминать.

Мы не будем называть Славку философом, не потянет. Он, конечно, как-то начитан, кое-что понимает в живописи. Когда-то, какое-то время назад, он мечтал постичь что-то красивое и высокое, чем, впрочем, и положено по возрасту заниматься молодому человеку. Но ничего путного не постиг. А потом пришел Горбачев, пришел ятаган, и начавшие было пробиваться тропки к вечному забылись и заросли. Им не находилось места в славкиной голове, они оказались настолько величественными и бесполезными, что Славка плюнул на все свои построения и пошел зарабатывать себе счастье уже в этой жизни.

И вот Светка, Бигмак и все вокруг куда-то ушло, как будто исчезло за поворотом головы. Славка что-то увидел в этой картине.

Он знал, что это Хокусай, он видел его гравюры, и они ему нравились. Но ему никогда не приходило в голову, что произведение искусства может висеть в учреждении для приема пищи.