Зона сквозного действия

 – Кстати, у него виноватая походка.

– Не говори глупостей. Виноватых походок не бывает.

Матвей остановился, не дойдя нескольких шагов до крыльца.

– Может, и виноватых лиц не бывает? – язвительно произнесла Арина.

Роман всмотрелся в Матвея, а потом закричал:

– Только не говори мне, что сегодня опять всё сорвётся!

– Метеовышкой папа заниматься планирует. Ему человек внизу нужен. Если хочешь, присоединяйся. Он сейчас вылетает.

– Он пригонит самолёт?! – Роман готов был подпрыгнуть.

– Вот, говорю, сигнала по рации жду.

– Идём к нему! – Роман, кажется, не просто идти, а бежать готов.

– Ждать будем, – ответил Матвей.

– Не буду из принципа! – заявил Роман. – И весь день буду думать: наша дружба – дружба или не дружба! Друг ты мне или не друг! В огонь и в воду? А может, на лавочке посидеть!

И демонстративно отвернулся. Матвей стоял и не знал, что делать. Плохим другом быть ему не хотелось.

Дверь открылась, и на крыльцо вышла Лариса. Она окинула всех троих внимательным взглядом и спросила:

– Кого хороним? Впрочем, эти двое, – последовал небрежный жест в направлении Матвея и Романа, – меня не особенно интересуют. А ты, сестрища, почему такая мрачная?

– А если бы к тебе с просьбой обратились? – обречённо произнёс Матвей.

– С какой просьбой? – спросила Лариса. – Просьба обязательному исполнению не подлежит.

– Если бы ко мне с просьбой… – начал Роман.

– Вот я и обращаюсь к тебе с просьбой! – выкрикнул Матвей и убежал.

Роман растерялся. По крайней мере, вид у него был растерянный.

– Мы планировали… – пробормотал он.

– Иди! – крикнула Арина. – С медведем, который в тот раз Лариску обрызгал, ты всё равно не подружишься. А животное ты – общественное!

– Две сестры, а обе… – Роман пытался подыскать подходящие слова. – А ты, Арина, ещё и стихи сочиняешь! – выкрикнул в отчаянии.

– Иди уже, – усмехнулась Лариса.

И Роман убежал.

– А ветер дул и расплетал нам кудри и распрямлял извилины в мозгу, – продекламировала Арина.

– Умеешь ты сказать, Аринка! – вслух позавидовала Лариса. – Хотя у Ромки и нет кудрей. И мне кажется, даже когда мне будет двенадцать…

– В двенадцать ты будешь… Хотя нет. Ты просто в размерах увеличишься.

Лариса возмущена.

– А, просто в размерах! Спасибо. Вот будешь старухой, а я ещё не очень… Ладно, если что, не обижайся.