Гадание при свечах

– На работу? – притворно удивилась Наталья Андреевна, и глаза ее блеснули из-под длинной челки. – Какая же работа ночью?

– Мне больную надо навестить, – объяснила Марина. – Больную, сердечницу, я обещала.

– Ну конечно, конечно! – воскликнула Спешнева. – Как это благородно с твоей стороны – ночью оставить любимого человека ради незнакомой больной!

Но не за ироничный тон, не за нескрываемое презрение к себе и даже не из ревности ненавидела она сейчас красавицу Спешневу. За эти Женины побелевшие пальцы…

Проходя мимо Жени, она прикоснулась ладонью к его плечу и на мгновение остановилась рядом с ним.

Пальцы ее вздрогнули, когда она держала руку на его плече, потом скользнули к милой впадинке между ключицами и замерли там.

Женя взглянул на нее – сначала удивленно, потом обрадованно; лицо его просветлело.

– Ты надолго, Машенька? – спросил он. – Проводить тебя?

– Нет, – покачала головой Марина. – Я скоро вернусь, но вы меня не ждите, пейте вино.

Когда она вернулась, Натальи Андреевны уже не было.

Бутылка «Бордо» была открыта, но невыпитое вино краснело в стаканах.

– Ушла? – спросила Марина, снимая куртку.

– Да. – Женя смотрел на нее, стоя в углу комнаты, у кровати. – Она немного посидела после твоего ухода, а потом плохо себя почувствовала. Голова у нее заболела, что ли, побледнела так…

– Что же, в Москву она на ночь глядя поехала? – спокойно поинтересовалась Марина.

– Да нет, пошла в усадьбу ночевать. К Анне Гавриловне, экскурсоводше нашей. Сказала, утром поедет… Маша! – сказал он, помолчав и глядя, как Марина неторопливо надевает халат, стоя перед своим старым зеркалом.

 – Я же вижу, ты хочешь меня спросить о… О том, что она рассказывала!..

– Нет. – Марина обернулась к нему, и он видел теперь в зеркале россыпь золотящихся волос у нее на спине. – Зачем мне спрашивать об этом, Женя? Я же тебе сказала – это все пройдет. Уже почти прошло, разве нет?

– Наверное… – произнес он медленно и слегка растерянно. – Но как странно все это…

– Ничего странного, мой любимый, – тихо сказала Марина.

 – Ничего странного, давай лучше спать ляжем.

Она смотрела на него, и любовь переливалась в ее глазах, мгновенно меняя их неуловимый цвет. Халат она так и не застегнула, и, подняв на нее глаза, Женя сделал шаг ей навстречу…

Глава 7

Народу в этот день на прием пришло столько, что Марина устала к вечеру, как будто мешки таскала.

Правда, все было как обычно: жаловались на колики, понос, даже зубную боль.