Во имя Твое

А волны накатывали, и накатывали, едва касаясь его ног. Он совсем не изменился. Такой, как и был. Только без какой бы то ни было усталости и обречённости. В её снах он всегда молчал. Потом присаживался на песок, не отрывая взгляд от горизонта. Лена во сне окликала его. Он поворачивал к ней лицо и улыбался. И солнце нежно, словно женскими пальцами, трогало его губы. Нездешнее, чужое солнце. И Лена знала, что он вернётся… Все равно вернётся! Она фантазировала, что на самом деле Игорь Граль не умер, а, например, решил просто исчезнуть, уйти в дальний скит, как герой толстовского рассказа, и что рано или поздно она его отыщет.

На похороны в Москву она совершенно сознательно не поехала. Мама пожала плечами:

– Ты ж всегда твердила, что сильно его любишь? Что ж не пошла проститься, раз такая любовь у тебя?

Лена угрюмо молчала, смотрела в окно, в одну точку, пытаясь скрыть от матери набегающие слёзы.

– Ишь разнюнилась! Небось, мать умрёт, ты так оплакивать не будешь! – продолжала задираться мать.

– Оставь её, Валя, ну зачем ты так? Она ж совсем ребёнок, пускай поплачет – бабушка, как всегда пыталась урезонить своенравную и властную Валентину.

– Да надоела она мне со своим Гралем! Столько лет всё забыть не может, как он ей мороженное покупал! Подумаешь! Нашла себе любовь! Чего ж ты больше к нему так и не пошла? Нет, а что? Пошла бы, предложила своё пышное тело! Нате, берите меня. Только он бы погнал тебя подальше. Он водку сильно любил. Потому уже не мог ничего.

– Валя! Хватит! Нельзя так о покойнике! Что ты в самом деле?

Все усилия бабушки были напрасны. Валину мать, если она распалялась, остановить было так же невозможно, как идущий на полном ходу состав. Полившийся следом поток отвратительных пакостей, Лена перекрыла душераздирающим криком.

– Не смей! Не смей так говорить о нем! Я любила его с пяти лет, люблю и буду любить! А вы все, все – никто! Вы мизинца его не стоите!

Лена вскочила, схватила пальто и, грохнув дверью, выбежала в подъезд, где дала вырвавшимся слезам полную свободу.

По лестнице грузно поднимался сосед из квартиры внизу. Мужик феерически жадный и вороватый. Любой живущий знал, что даже самую маленькую вещь, случайно забытую в подъезде, нужно искать у Зыкова. Но связываться со злобным скандальным Кешей особого желания никто не испытывал.