Во имя Твое

– Я питаю, чи е у Вас докУмент для вiдвiдування украiнського МВС?

Лена пожала плечами, а Глеб раздосадовано спросил:

– А, простите, где выдают сей ценный документ?

Подавив нарастающее раздражение и успев остановить на вылете тираду, которую собрался произнести Глеб, поскольку Лена опасалась, что после этого их просто выставят вон, Лена как можно более вежливее спросила:

– Куда нам нужно пройти для получения пропуска?

– До бюро перепусток.

–Где оно находится, можно узнать?

Дежурный пошевелил гуцульскими усами

– Вийдiть на вулицю i повернiть праворуч, у внутрiшнiй двiр, а там запитайте.

Изрядно поплутав, они все-таки нашли это злосчастное бюро пропусков. Но испытания нервной системы на прочность далеко не закончились. За столом, отгороженным деревянной стойкой явно еще советской прочности сидела девица, твёрдо уверенная, что перенесение половых губ в область лица – последний писк евроинтеграции.

– Интересно – еле слышно прошептал Глеб прямо Лене в ухо – как она может есть, не закусывая вот тем, что у неё на лице? И как у неё может ничего не падать изо рта? Это же чудовищно!

– Ты на её ногти посмотри! – Лена еле сдерживала подступающий смех

Ногти, явно отобранные у Фредди Крюгера, украшал лак все той же цветовой гаммы, что царила здесь на каждом углу.

–Слухаю Вас! – Странное создание взмахнуло наращёнными ресницами.

При словах «журналист из Москвы» лицо губастой сотрудницы ведомства превратилось в каменное изваяние.

–З якою цiллю ви прибули до МВС Украiни?

И всё пошло потому же самому кругу. В сотый раз Лена повторила, что у неё редакционное задание найти ветеранов МВД, с последующим написанием цикла статей об их работе в советское время. И опять, теперь уже эта губастая дама куда-то звонила, что-то спрашивала.

– А це з Вами?

– Да, – Лена задержала дыхание – Да, он со мной. Но он не журналист. Он…– Он мой… супруг…

При этих словах Глеб несколько приподнял брови, но промолчал и кивнул головой.

– Ага! Супруг.

– Супруг? Це означае чоловiк?

Повисла пауза. Глеб вывернул шею так, словно ему сдавило горло.

– Ну, понятно, что человек.