Как я провел лето

– Привет! – таким же голосом сказал я.

– Доброе утро, – очень вежливо сказал Жека. Этой интонации не хватало только поправления профессорских очков на носу. Мы заржали!

– Ты чо, еще спишь? – спросил Лёха Жеку.

– Не, сейчас же утро? Вот и доброе утро.

– А я ваще не спал, – выпалил Гофа! Мы с Лёхой до ночи в Денди играли, потом он ушел, а бабка уснула. Я короче, ваще не спал. Если б не ехать сейчас, я б дальше играл!

– Да тебе б бабка наваляла и в угол поставила! – посмеялся Лёха. Мы подхватили.

Переезд закрылся, звонок затрезвонил. Мы уставились в сторону, откуда должна была прийти электричка. Люди на перроне засуетились, некоторые взяли большие клетчатые сумки, в которых, скорее всего, были продукты на продажу в вагонах: сладкая вата, мороженое, козинаки и множество выпечки. Которая, кстати, нам не светила в то время даже краем пирожка или сосиской в тесте.

Издалека раздалось «ту-ту», и электричка показалась из-за угла. Вагон остановился, двери распахнулись, мы сквозанули в тамбур и начали осматривать вагон на наличие кондукторов.

Ездили мы в первом или втором вагоне, потому что кондукторы были в последнем и не шли по вагонам практически до нашего перрона, он был третьим по маршруту. Народ набивался, и они со спокойной душой шли по вагонам обилечивая пассажиров. На нашу радость, никого видно не было. Мы уселись на первое сиденье друг напротив друга. Я с Жекой, Гофа с Лёхой.

– Вы прям рыбачить собрались? – спросил, глядя на нас Лёха.

– Ну да, я и червей накопал, – ответил Жека.

У меня и бутерброды с колбасой с собой есть!

– О! Дай мне! – оживился Гофа. Я как раз с утра ничего не ел!

– Да тут никто не ел, – буркнул Лёха.

– Я ел, – ответил Жека. Чай, пару бутербродов, печеньки.

– Ты встал во сколько? – спросил я.

– В пять. Мама разбудила, и завтрак на стол поставила.

– Ты вообще сам-то что-то делаешь?! – вякнул Лёха.

– Ест! – крикнул Гофа и заржал на весь вагон. Мы тут же подхватили, а Жека отвернулся в сторону окна с видом, что нас не знает и вообще впервые видит.

Кстати, о Жеке. Родители у него были инженерами и работали на местном заводе. Он не говорил кем, а мы и не спрашивали, но на моей памяти, никогда они не бедствовали, даже в голодные девяностые, после которых мы все едва отошли. У Жеки была и старшая сестра, он с ней даже время от времени ладил, она была на три года старше нас и вела себя с нами так, будто она нам, как минимум, в матери годится.