Игра XXIII

Однажды Альциос высказал мысль, что Ларс работает дизайнером – судя по куртке, сшитой из кожаных лоскутов.

– В течение недели судьи будут подсчитывать очки и набирать команду из победителей интернет-голосований, – задумчиво протянул Чиран, очнувшись от своей меланхолии. – Интересно, почему так долго? Сейчас же двадцать третий век – машины научились считать с такой скоростью, что даже свет может позавидовать.

– Наверное, организаторы будут проводить собеседования для претендентов, – Андромеда пожала плечами.

 – Думаю, новичкам, как и нам, придётся пройти подготовку. Всевозможные психологи, поведенческие коучи, медики… Я спрошу отца. Он же учредитель Игры, а значит должен что-то знать.

С этими словами рыжеволосая красотка повернулась к Кэнделу и послала ему чарующую улыбку. Тот растянул губы в ответной, но лишь из вежливости. Блондин явно пребывал не в духе, переживая из-за последней Игры. Поражение стоило ему пяти очков – судьи, посовещавшись, назначили штраф за «неблагоразумную тактику». Ведь Кэндел выставил кандидатуру Дитриха, тем самым обеспечив Кэсси гарантированную победу.

Адвокат, ещё недавно лидировавший в турнире, теперь уступил первенство Дитриху.

Кстати, да… Дитрих…

Кэсси повернулась к нему и шепнула:

– Прости за произошедшее. Но… ты же сам мне порекомендовал выложиться на все сто, когда турнир начался, не так ли?

– Не извиняйся, – сухо ответил тот, потянувшись к меню. – Никогда не извиняйся за победу. Всё было честно. Если мы с Кэнделом и злимся, то лишь на себя.

Вообще, одно то, что ты попала в турнирную сетку и до сих пор числишься действующим игроком, – отличное достижение, Кэсси. Надеюсь, что после прошедшей Игры ты перестала сомневаться в своих магических способностях. Помнишь слова ведущего? Даже судьи были впечатлены.

– Ещё бы! – не удержавшись, воскликнула Андромеда.

Скептически подняв бровь, она обратилась к победительнице:

– Меня кое-что смущает в тебе, Кассандра… Перед Игрой нам выдают браслеты. В отличие от тех, которыми мы пользуемся в обычной жизни, эти содержат максимум двадцать единиц маны.

Каждого цвета. Этого слишком мало… Поэтому каждый рассчитывает на свою собственную ману, которую мы можем генерировать без ограничений.

Кэсси, сообразив, к чему ведёт Андромеда, занервничала.

Впрочем, ещё с самого начала турнира она знала, что эта тема поднимется рано или поздно. Однако безумная, едва теплившаяся надежда, что расспросов удастся избежать, умерла лишь секунду назад.