Игра XXIII

Его круглое пухловатое лицо излучало добродушие, а глаза были затуманены тремя пинтами стаута.

Остальные жертвы Кассандры подняли свои бокалы с куда меньшим энтузиазмом. Дитрих, сидевший по левую руку от победительницы, за весь вечер даже не посмотрел в её сторону. Кэндел, который расположился на противоположной стороне стола рядом с красавицей Андромедой, бросил на Кэсси нечитаемый взгляд. Впрочем, едва ли хоть у одного адвоката лицо подобно открытой книге.

– Спасибо, Альциос! – Кэсси тепло взглянула на игрока, который произнёс тост.

 – От себя хочу извиниться перед… э-э-э… жертвами за использованные мной заклинания и выразить надежду, что никто сильно не пострадал. Я старалась применять наименее болезненные чары.

Смуглый темноволосый Чиран, мрачно уставившись на свой бокал, что-то буркнул. Он «умер» от рук загипнотизированной Присциллы…

– В любом случае, – торопливо продолжила Кассандра с раскаянием в голосе, – привлечённые организацией медики заверили меня, что ни у кого не осталось травм.

Я хочу пожелать всем двенадцати игрокам, чтобы мы прошли в финал! Я знаю, что многие против того, чтобы участники интернет-голосований разбавили наш… э-э-э… дружный коллектив.

Андромеда выразительно фыркнула.

– Удачи каждому! – добавила Кассандра, покраснев.

Чтобы скрыть своё смущение, девушка сделала большой глоток пива и чуть не поперхнулась. Откуда в её стакане взялся сахар?.. Она перенервничала, или постарался кто-то из соседей?

– Спасибо, Кэсси! – Присцилла дружелюбно улыбнулась.

Юная леди Дарвейт с задумчивыми синими глазами и мягкими волнами золотисто-каштановых волос – чуть ли не единственный участник турнира, лишённый тщеславия. Присцилла не воспринимала Игру близко к сердцу. В случае проигрыша она всегда была готова восхититься чужой победой. В то же время Присцилла являлась опасным противником, поэтому Кассандра предпочла загипнотизировать её в полуфинале.

– Если появится новый игрок, это будет интересно, – хмыкнул Ларс.

 – Мы-то уже сыгрались и хорошо знаем маркеры друг друга. Правда, Кэсси удалось удивить нас. Впрочем, это её первая роль Одержимого – в следующий раз ей будет труднее обмануть нас.

Ларс подмигнул Кассандре.

Голову парня величал ярко-розовый ирокез, а в ушах темнели серёжки-гвоздики, соединённые цепями. Дружелюбный и общительный, он тем не менее отличался скрытностью. Никто из сидевших за столом не знал ни рода деятельности, ни даже фамилии юноши.