Удачное распределение

Я бросил скрести грязь и засмотрелся на её стремительную походку, на стройные ноги в облегающих сапожках.

– Зинка вон на двадцать минут опоздала, и ты – ничего, я на десять минут, так сразу караул!

– Она в восемь приходит и в семь вечера уходит. А ты работаешь с девяти до пяти.

– Ну, конечно! Она одна по десять часов работает! Мне случалось и до часу ночи работать! И сейчас останусь, если надо будет.

– Ну всё! Будет с начальством препираться! Поехали за материалом!

– Ты мне подсобника давай! Как без подсобника железо ворочать?!

– Дам я тебе, дам подсобника.

– А кого дашь? Вакула хрен пойдёт, Тарбинис старик, Василий Григорьевич – токарь, без токаря нельзя, Золотов справку покажет, что у него радикулит, Пухов себе цену знает – на весь район один такой мастер – ему западало в подсобники идти. Остаются Шнайдер, да Володька Денисенко. Ты бы похлопотал о втором сварщике, запурхался я.

– Ещё какие пожелания имеются?

– Имеются. Давай уж в мастерской варить. Под дождём не много наваришь.

– Резонно.

Я завёл закреплённый за мастерской тракторишко Т-40, и со сварщиком и безотказным Адамом Адамовичем поехал за материалом. Работа закипела.

Приехал директор, посмотрел и с места в карьер:

– Ты зачем, мать твою, швеллер взял?! Я его на склады берегу!

– Павел Андреевич, – сказал я, изо всех сил стараясь казаться спокойным, – потрудитесь быть корректным. Я не Саблин и не Лукашов, терпеть от вас брань не намерен.

– Послушай, Мельников! Я буду относиться к тебе, как ты того заслуживаешь. Не сделаешь за завтрашний день установку, получишь по полной программе!

И не дожидаясь моего ответа, сел в «уазик» и уехал.

– Плюнь! – сказал Костя. – Пусть орёт, а ты – как с гуся вода. Говори про себя: «Пошёл ты…» Меня сколько раз прорабатывали, а я ничего, набычусь, молчу и посылаю про себя. Во как помогает!

– А я не дам себя оскорблять. Будет оскорблять, брошу всё и уеду.

– Его тоже можно понять, – сказал Адам Адамович, – с него спрашивают, он с нас спрашивает. А с нами по-другому нельзя. Попробуй с Вакулой по-хорошему… Или с моим Петькой. Я и в морду ему давал, а всё бесполезно. Нам мужикам волю давать нельзя.

Рабочий день кончился. Мимо нас прошла Зина.

– Я пойду, Владимир Александрович? Всё равно в поле сегодня никто не работает, – сказала она. – Вряд ли я понадоблюсь.

– Да конечно! – согласился я.