Удачное распределение

Вчера токаря болтов из кругляка наточили, высади головки!

– Высажу, высажу! Не много ли вас контролёров развелось!?

– Не много, в самый раз, – ответил я, и пошёл заказывать сварщику отскребалку из уголка, а потом отправился в новую мастерскую к старику Тарбинису (или Тарбинысу?).

Выглянуло солнце, запахло мокрой землёй, репейниками и полынью, но с запада поднималась новая грозовая стена. Там сверкали молнии. Погромыхивало.

Тарбинис, что-то мастеривший на верстаке, увидев меня, смутился:

– Вот сепаратор попросили сделать, – сказал он, как горох рассыпая свой мелкий смешок, в котором почему-то чудились мне жалобные нотки.

– Я не против, если только не в ущерб основной работе.

– Нет-нет, по работе я всё сделал. Только что радиатор забрали.

– Не обижайтесь: имя, которым вас назвала Антонина Ефимовна, конечно, не настоящее ваше имя. Скажите, как к вам обращаться?

– По-литовски меня звать Альфонсас. Если по-русски, то Альфонс, а отца моего звали освальдом, или освальдасом.

– Можно я буду к вам обращаться Альфонс освальдович. Вы не против?

– Нет-нет. Зовите, как вам удобно, – ответил он и снова мелко-мелко засмеялся, на этот раз, как мне показалось, подобострастно.

– Альфонс Освальдович, хочу вас попросить оформить красный уголок на втором этаже.

– Что надо делать?

– Допустим, панно на стену, чтобы вывешивать поздравления к дням рождения или праздничные стенгазеты, и что-нибудь декоративное, чтобы было красиво.

– Я умею чеканить по меди.

– Отлично! Как раз то, что надо!

– Медь нужна… Листовая. Здесь не достанешь.

– Снабженцу нашему закажу. В городе можно купить.

– Хорошо, я вам картинки покажу, выберете, какие понравятся. Я давно чеканю. Для души. На Дальнем Востоке научился. Хи-хе-хи-хе-хи.

От медника я пошёл на склад сказать Зинаиде Алексеевне, что её зонтик лежит у меня в кабинете. Туча стремительно надвигалась, закрывая небо. И хотя от мастерской до склада было меньше ста метров, дойти я не успел.

Из разверзшихся небес тут же обрушился на меня целый водопад и в одну минуту промочил меня насквозь. Из склада к избушке бежала мокрая, как я, Зина, а навстречу мне к мастерской с какой-то шестерней в руке высокий худой мужчина.

Зина, смеясь, влетела в избушку, я за ней.