Игра по-крупному

Кабачки – двадцать-двадцать пять? Капуста – десять-пятнадцать? Помидоры до полтинника? Ого!..

– Только вы, Игорь, не гонитесь за размером, рассаду лучше покупать маленькую, она быстрее приживается. А вы что, решили огородом заняться?

– В некотором роде, – темнил Фирсов. – А что там еще продают?

– Цветочной много. Астра, ромашки, бархатцы – это я не знаю, нужно ли вам?

– И почем?

– Пятнадцать-двадцать копеек. Свеклу еще продают, петрушку…

– Спасибо, Екатерина Александровна. Спасибо. Вам дать Настю?

Повесив трубку, Игорь подмигнул жене и пошел с бумагами на кухню.

– Ерунда какая-то, – вздохнула Настя и попыталась посадить сына на колени. – Правда, Маратка?.. Зачем нам эта рассада?

Марат упрямо выгнул спину, сполз с коленей матери и побежал за отцом.

"Досье" на рассаду Фирсов собрал недели за две. Выводы показались ему обнадеживающими: рассада выращивалась относительно просто, не требовала особых капитальных затрат и спрос на нее был устойчивый – с начала мая по начало июня; месяц.

Фирсов специально ездил на Некрасовский и Калининский рынки – интересовался.

К концу января Фирсов определился с ассортиментом и стал покупать семена. Ему требовалось:

– кабачков – 20 пачек,

– огурцов – 20 пачек,

– помидоров – 5 пачек,

– капусты белокочанной – 5 пачек,

– капусты цветной – 7 пачек,

– астры игольчатой – 10 пачек.

Выстояв длинную очередь в подвальчике семенного магазина на Васильевском, Фирсов принес домой сверток с шуршащими пакетиками.

– Вот здесь – почти две тысячи. – Он выложил на стол семена.

– Чего "две тысячи"? – не поняла жена.

– Денег. Советских рублей.

– Господи… – стала разворачивать пакетики Настя. – Я каждую копейку считаю, не могу Марату яблок купить, хорошо мама вчера принесла, а ты… Зачем ты это купил? Ведь я в этом месяце ничего не получу. Что мы есть будем?.. Ты об этом подумал?

– Присядь на минутку. – Игорь придвинул жене стул и взял ее за руку. – Послушай меня внимательно. – Он сел напротив.

 – Я понимаю, что тебе сейчас тяжело. Очень тяжело. Я на "химии", ты с Маратом одна, денег нет, настроение поганое… Понимаю. Но давай посмотрим в будущее. Допустим, – Игорь постучал костяшками пальцев по деревяшке стула, – я в феврале освобождаюсь. Допустим. В институт меня обратно не возьмут, даже если я попрошусь. Но я проситься не буду.

– Но папа говорил, что может помочь…

– Это исключено. – Фирсов встал, прикрыл на кухне дверь и закурил.