Две любви Саныча

Но выбора-то нужного – никакого! Опять же, попросишь по дружбе, чтоб свели с кем, мигом к Ларисе весточка полетит.

Вот и думай, что делать.

На улице не встанешь, не начнешь всех проходящих мимо женщин за руки хватать, мол, приспичило мне, спасите-помогите, тону. Этим скорее напугаешь, а то нарвешься на неприятности в лице летящего с перекошенным лицом мужа или кавалера. Тут же все рядом: и мужья, и кавалеры. И больница, кстати сказать.

Только того, что надо, не было.

А проблема меж тем оставалась и набирала вес.

Еще через пару недель Саныч не говорил виновато, а чуть не ревмя ревел. И не мне, а уже всем знакомым. Так его разбирать стало, беднягу.

И слово новое в его лексиконе появилось. Какое-то членистоногое, колючее и скользкое одновременно.

– Сперматоксикоз у меня, – говорит, не запинаясь.

Выучил наизусть, затвердил, как диагноз тяжелой болезни.

– Да ладно, – говорю я, – не придумывай…

– Задолбался я уже! – кричит Саныч, меня не слушая. – Глаза на лоб лезут, скоро на стену кидаться начну.

Вбил в голову – не вышибить.

Потом пили в компании, он этот «сперматоксикоз» и другим раз пять повторил. Словно бы и гордясь даже столь сложным термином, определяющим его проблему, и тем, конечно, как свободно с этими терминами управляется. И жалуясь от всего сердца: плохо мне!

Но это семечки, болтать можно что угодно. Худо ему было по-настоящему, я-то видел.

Смешно! Мужик на пятом десятке, двоих детей вырастил, вот-вот дедом станет, а ноет из-за пустяка.

Но и жалко. Мой друг мучается, места, можно сказать, не находит. А я с ним пью, честно в глаза ему смотрю – и ничем не помогаю. Хорошо еще, не смеюсь в голос.

Некрасиво. Не по-нашему это.

Начал и я, наконец, серьезно думать, как помочь делу.

– У меня знакомый был, – говорю осторожно, – он в море ходил. Подолгу. Так он говорил, у них в душевой на полочке журналы лежат специальные. Ну, мужские типа… Они даже шутили: сходи, мол, в душ, там блондинка на такой-то странице тебя ждет…

И смотрю на Саныча: как ему такой вариант?

– С журналами не проблема, – продолжаю, – сейчас не старые времена.

Саныч молчит, на меня не глядя.

Соображает, думаю. Мысль пошла работать – уже неплохо. Все лучше, чем за свое членистоногое слово держаться.

– А можно, – развиваю идею дальше, – и дисков прикупить. Жаль, ты компьютер никак не освоишь, там в Интернете такого добра навалом.