Поделись своей любовью

Одни нас заставляют подниматься,

Другие ждут смертельного паденья.

Ко мне неслышно подошел кот Лешка, стал тереться о ноги и мяукать о чем-то своем.

– Маленький мой, доброе утро! Давай завтракать вместе!

Я взяла его на руки, почесала за ушком. Он тихо замурлыкал от удовольствия.

– Сегодня ты остаешься с папой. Он главный, ты – в подчинении. А я буду по вам скучать, обещаю!

– Хотела убежать, не обняв меня? – недовольно спросил вошедший в кухню муж. – Доброе утро! Или не доброе, уже не знаю… У нас сегодня, я так понимаю, женщины рулят, а мужики котлеты жарят? Ты вот мне скажи: эта твоя безумная работа когда-нибудь закончится? У меня от переживаний вся голова поседела!

– Ты же знаешь, я обожаю зрелых мужчин, – мягко ответила я.

– Не заговаривай мне зубы! Сколько раз я просил тебя бросить дежурства? И что в сухом остатке? – не на шутку злился мой любимый. – У тебя скоро отпуск. Ты где его собираешься проводить? А я отвечу! На СТО, разбирая свою машину на железки. Это в твоем стиле – тратить время на что угодно, только не на меня! Скажи, что я не прав.

Я нежно поцеловала мужа, чтобы успокоить его, однако завтрак прошел в напряженном молчании. Даже Лешка притих на любимом подоконнике, отвернулся от нас и, не отрываясь, смотрел в непроглядную темень за окном.

В последнее время я наконец стала подумывать о продолжении рода, беременности, размышлять о том, что мой ребенок будет чувствовать и слышать, находясь во мне.

Девять месяцев Дашенька добивалась внимания.

Я допила чай, еще раз чмокнула своего дорогого и пошла живописать на… лице.

В нашей квартире просторная ванная комната. Вскоре после переезда в ней прекрасно уместился и до сих пор красуется антикварный туалетный столик с овальным зеркалом в золотистой раме. Столик муж приобрел специально для меня. Помню, накупил тогда дорогой косметики и сказал: «Хочу, чтобы ты была самой красивой!» Я понимала, что он нисколько не сомневался (и не сомневается) в моей привлекательности, просто прекрасно знал, что некая Ирина Павловна Ковалева имеет обыкновение напрочь забывать о себе, целиком погружаясь в работу, и таким способом попытался заставить меня поддерживать образ, созданный природой, родителями и собственными стараниями, на должном уровне.