До-мажор. Повесть-матрёшка

– Мама моя, диатоническая модальность! Полное кафе девок! Они же меня порвут, к Бетховену не ходи! – запаниковала я и тут же наткнулась взглядом на Вадима. Он сидел, развернувшись в проход, и с любопытством смотрел на меня. Я чуть не кинулась ему на шею.

– Бери латте. – шепнула я ему, наклонившись. – Там наркоты нету. Я проверяла. – он растерянно улыбнулся, девицы отозвались на это действо каким-то единым вздохом, а я благополучно добралась до эстрады. На ней стояла стойка с микрофоном и здоровенный комбоусилитель.

– Друзья! – сказал Тимур в микрофон. – Разрешите открыть наш вечер, наполненный камерно-вокальным содержанием, атмосферой лирики, любви и душевной гармонии. Хочу представить вам нашу гостью, исполнительницу русского романса Катю Пуаре! – и он совершил театральный, обращённый ко мне жест. Но неудачно. Я, как на грех, в это самое время стояла к публике спиной и, наклонившись, доставала из кофра гитару. Нелепо вывернув шею, Катя Пуаре кивнула по-лошадиному головой и, оскалившись в фальшивой улыбке, показала публике костлявый джинсовый зад.

– Для непосвящённых хочу пояснить. – продолжал тем временем Тимур. – Правила поединка просты и носят корыстно-коммерческий оттенок. В качестве жюри выступают зрители. Голосуют рублём. Вот в эти два ведра… – он показал на два пластиковых ведра: одно красного, другое зелёного цвета. – Кто из участников наберёт бОльшую сумму, тот забирает всё. Проигравший горько плачет и посыпает причёску пеплом.

Зал оживился. По столам прокатился смех, зашумели разговоры, девицы соскочили с мест и засуетились возле стойки. За стойкой орудовал малый очень похожий на Тимура. Только помоложе и, конечно, не такой красивый. Скорее всего младший брат. Он ловко раздавал коктейли в высоких бокалах. В воздухе запахло Голливудом. Самое время было появиться мощному, в чём мать родила, Шварценеггеру, который подходит к младшему брату и произносит механическим голосом: – Мне нужна твоя одежда…

Но никакой Шварценеггер, конечно, не появился, только вломилась в зал какая-то запоздалая парочка.

Он пробежался пальцами по струнам и всё сразу стало на свои места.

– Консерватория, как минимум… а может и Гнесинка… – обречённо подумала я. – Вот же, блин, до мажор! Понятно, кто здесь выиграет.