Стоп-кран

Марвелес! А сюда, на улицу Бабило?ба, её пригласили знакомые музыканты фром «Джопасве?ри», с которыми она как раз и познакомилась на вчерашнем концерте. Мы переглянулись и пожали плечами.

– Трэнди-брэнди, бэлэлэйка! – с упрёком воскликнула Ким и пнула Осипа локтём. – Духовная pizza! Надо знать!

Мы дружно прыснули. Ким обиделась.

– Если честно, я вообще не понимаю, как иностранцы учат русский язык? – начал я, когда смех себя исчерпал. – Попробуйте объяснить им, почему в русском языке есть «отдыхающие», но в то же время «задыхающиеся»?

– Не смыкающие! – с пол-оборота завёлся Осип.

– Пресмыкающиеся, – подтвердил Костя.

И мы заржали повторно.

В комнату ввалились патлатые дрыщи в засаленной джинсе. Один из них волочил авоську с пивом. Нищебродский вновь перевозбудился:

– А вот и рок-группа «Жопа зверей» в полном составе. Бывший школьный ВИА «Красные макаки».

Поручкались. Щупальца дрыщей напоминали жабры: кожа колючая, хватка вялая.

Ручейки разговорчиков журчали, разбегались, сталкивались, перетекали от одних собеседников к другим.

Глаза дога вращались между ними. Пёс сёк всё, несмотря на высокую плотность информации. Зазвенели чашки, зашипели вскрываемые бутылки. На столе под промасленной газетой «Гудок» обнаружилась практически целая тушка селёдки.

– Жаль, хлеба нет, – посетовал Осип.

– Так вот же свежий хлеб. Позавчера был сегодняшним, – вяло отозвалась малахольная дама без возраста в огромных очках, доселе ничем себя не проявлявшая.

Оказалась хозяйкой комнаты. В тусне её звали Мамой. А настоящее имя мы так и не узнали.

Жизнь налаживалась. Ким заулыбалась. Как же неестественно белы её зубы! Жирный голубь уселся на отлив за давно немытыми стёклами и враждебно нахохлился в нашу сторону.

Болтовня потихоньку слила?сь в одну полноводную реку, обсуждали примитивные тексты российской попсы. Фронтмен, он же гитарист и запевала, с апломбом рассказал, что в своих текстах старается избегать пошлостей и банальностей.

– Только не всегда получается, – с улыбкой срезал его басист.

– Да ладно вам, старики! – примирительно выступил барабанщик.

– В англоязычных песнях тоже куча фигни, – подключился я.

– И ещё какой! – подтвердил клавишник. – Если буквально читать тексты хитов, волосы встают дыбом.

– Сколько придыханий, к примеру, по поводу Синатры, – напомнил я. – Принято считать, что Stranger in the Night – песня о любви с первого взгляда.