Кира

Погибнешь ли ты в лифте, неясно,

но сегодняшнюю ночь,

добившись моего согласия,

ты определенно не переживешь.

Сердце у тебя встанет.

Тебе его бы спасать,

от меня убегать!

Какие бы слова мужчине бы я ни сказала,

мячиком от стены

он от меня не отскакивает,

мое притяжение силу сохраняет без сбоев.

Я их гоню,

а они за мной ходят,

жаждущими соития псами

предпринимают попытки

из состояния охлаждения

меня вывести,

зарабатывающий грузоперевозками «Стэп»,

он же Степан,

сказал, что если он сожжет у себя на ладони

завалявшуюся в кармане

рекламку стоматологической клиники,

я с ним пойду.

Пойдешь?!

Ты сначала сожги.

Бумажка, положенная им на ладонь,

загорелась, и он ее сбросил,

вздувшийся позже волдырь

чем-нибудь обрабатывал,

я участливой сестрой милосердия

около него не крутилась,

боль его от меня увела,

похоть в его чреслах убила.

А нам бы с ним встречаться,

с залитой горки на двойных санках скользить,

тем одиноким вечером

в некоторой грусти о «Стэпе» я вспоминала.

Надо же, как мощно меня он хотел,

исключительное для современных реалий

влечение.

И какой-то ожог

словно топором ему по лингаму?

Языком грузоперевозчик молол,

кишки от нечеловеческой тяги

у него не закручивались.

Подпалив свою плоть,

он думал меня впечатлить,

результатом созданного впечатления

меня поиметь,

шоферские ручищи не подведут,

с подскочившей температурой, он рассчитывал,

справятся,

влегкую он проскочить собирался,

совсем крошечной жертвой меня

покорить.

Я, говорил, и в соседние страны катаюсь,

из Белоруссии могу подарочек

тебе привезти.

Из самой Белоруссии?

Невиданными у нас диковинами

там полки, наверно, завалены,

от изумления,

вызванного твоим даром,

я бы где-то полгода в себя не пришла.

Кстати, проституток в дороге

ты не снимаешь?

Нет, нет, он меня убеждал,

меня только честные женщины

привлекают.

Мужчинам бесплатный секс выгоден.

Я за деньги ни с кем не спала

и очень умной,

размышляя об этом,

себя не чувствую.

В молодости,

когда с захваченным из Москвы

пивом,

я разгуливала по Абу-Даби,

в эскортницы меня зазывали,

условия предлагали

солидные.

Я выбираю сама,

приплюснутому агенту

я суховато сказала.

Вздумаю с дворником —

пересплю с дворником,

а шейх меня не устроит —

в меня, находящуюся в сознании,

ни за что он не вставит.