Река жизни

Река жизни

Самуил Машанский

Жизнь-река, течет бесконечно и продолжается в наших детях, внуках, правнуках и поступках на общее благо. Автор выражает надежду, что его стихам, как и многоводной реке, удастся прожить долгую самостоятельную жизнь.

Предлагаемая читателю четвертая книга стихов – это последний рубеж, взятый автором в возрасте 86 плюс, что выше среднестатистического поэтического возраста.

Самуил Машанский

Река жизни

Все права принадлежат автору

All rights reserved.

.?????? ??????? ??

От автора

Жизнь людская, словно река, —

муки рождения – судьба не легка.

Бурная юность – крутой поворот,

зрелость и старость – много хлопот.

Важно успеть всех водой напоить,

новую жизнь земле подарить.

Влага иссякнет – кончится путь,

можно реке, наконец, отдохнуть.

Жизнь-река, течет бесконечно и продолжается в наших детях, внуках, правнуках и поступках на общее благо. Автор выражает надежду, что его стихам, как и многоводной реке, удастся прожить долгую самостоятельную жизнь.

Предлагаемая читателю четвертая книга стихов – это последний рубеж, взятый автором в возрасте 86 плюс, что выше среднестатистического поэтического возраста.

Приняв во внимание вышесказанное, прошу строго не судить мои вирши. С нетерпением жду Ваши отзывы.

С уважением,

Самуил Машанский

Разговор с читателем

Смогу ли нынче сочинить

тот опус, что читатель хочет?

Смогу ли лирой вдохновить,

палитрой слов и строчек?

Признаюсь, музыка стиха

порой звучит в миноре.

Конечно, я не без греха, —

нельзя судьей быть в споре.

Писать короткие стихи,

пожалуй, научился,

они, быть может, не плохи —

в литВУЗе не учился.

Мне лира помогает жить, —

душе теплей немножко, —

мечтать, надеяться, любить, —

она, как свет в окошке.

И жизнь, как быстрая река,

несется сквозь преграды,

и дарит рифмы для стиха,

и в них- души отрада.

Поэтом быть или не быть,

читатель пусть решает.

Без лиры невозможно жить, —

душа поет, страдает.

    09.12.22.

Монолог автора

В сообществе нашем людском

разбросаны искорки Бога,

и каждый пытался, быть может, тайком,

в тиши упражняться над слогом.

Я тоже пишу, тишиною любим,

но быть одиноким негоже:

жить только собою, один на один, —

лишь зря медицину тревожить.