Поэма о скрытом смысле. Второй дафтар

155 Философским камнем, превращающим в змеи и яд, является этот несчастный,

в противоположность философскому камню благочестивого человека.

О том, как суфий наставлял слугу, как ухаживать за его ослом, и [восклицании] слуги: «Нет силы [и могущества, кроме как у Бога][39 - Восклицание, обычно произносимое при сильном удивлении или испуге.]!»

Некий суфий странствовал по кругу горизонтов,

пока однажды ночью не стал гостем в каком-то ханакахе[40 - Ханаках – обитель суфиев, где любой бродячий суфий (дарвиш) мог поселиться на время или на постоянное жительство.

Был у него один осел, привязал он его в хлеву,

сам уселся на суфу[41 - Суфа – помост у стены, который используют для сидения и сна.] с друзьями.

Затем он погрузился с друзьями своими в созерцание (муракаба),

[ведь] тетрадью [с напоминанием] является присутствие рядом друга.

Тетрадь суфия – не начертания букв,

это лишь сердце белое, словно снег.

160 Припас ученого – следы калама[42 - Калам – тростниковое перо.

Что есть припас суфия? Следы стоп.

Суфий подобен охотнику, отправившемуся на охоту:

он видит следы газели и идет по следу.

Некоторое время ему нужны следы газели (т. е. внешние признаки),

потом его ведет за собой [благоухание] мускусного мешочка.

Когда он возблагодарит следы и пройдет путь,

несомненно, благодаря этим следам достигнет своей цели.

Пройти один переход, руководствуясь запахом мускусного мешочка,

лучше сотни переходов по следам и хождений кругами.

165 То сердце, которое является источником лунных сияний,

для ‘арифа [равно словам]: «Будут открыты врата его»[43 - Фрагмент из айата: «И погонят тех, которые боялись своего Господа, в рай толпами. А когда они придут туда, будут открыты врата его, и скажут им стражи его: Мир вам! Да будет вам благо! Войдите же для вечного пребывания!» (Коран, 39: 73 (73)).].

Для тебя это стена, для них же – дверь,

для тебя оно – камень, для почитаемых – жемчуг.

То, что ты видишь ясно в зеркале,

старец (пир)[44 - Пир – досл.

Старцы – это те, кто, когда не было [еще] этого мира,

а душа их [уже] была в море щедрости.

До [обретения] этого тела они прожили много жизней,

до того как посеяли, совершили жатву.

170 До обретения формы обрели они душу,

раньше [ныряния в] море просверлили много жемчужин.