Я рядом

– Молчи, ничего не говори! – затопала ножками Мия.

Натан даже выпрямился. Он совсем не ожидал от девушки такого серьезного подхода к делу.

– У тебя очень красивые глаза на солнце. Будто растопленная карамель. Такого… – девушка помедлила, подбирая слова. – нежно-коричневого оттенка, – она вздохнула и, глядя на друга, сказала, – Почему это не мои глаза?

– Твои тоже очень красивы. – Натан с нежностью улыбнулся. Когда он смотрел в глаза девушки, его душа расцветала.

Мия смущенно опустила взгляд и, поджав губы, улыбнулась.

– Эй, голову держи, – резко перевела тему.

Парень знал, что девушке не нравились комплименты. Она не умела их принимать и часто переключала внимание на другие вещи, как, например, это было сейчас.

Мия снова набирала краску на кисть, выводила линии на холсте, вытирала кисть грязной от красок тряпочкой и опять брала краску с палитры. Холст слегка продавливался под нажимами кисти.

– Готово. Набросок сделан.

– Я могу взглянуть? – Натан неуверенно шагнул вперед, не сводя с подруги глаз, ожидая одобения.

– Да.

Мия отошла от холста на пару метров и, довольная результатом, скрестила руки.

Натан посмотрел на картину. Лицо его выглядело удивленным.

– Это я?

Там совершенно неказисто было нарисовано лицо с чуть раскосым подобием глаз, каким-то широким носом и непонятной формы губами. Скулы выглядели массивными, местами на лице красовались светлые и темные пятна.

– Это набросок, – ответила Мия. – Над ним еще нужно долго работать.

– Без меня?

– М, – девушка кивнула.

– И как же ты напишешь мой портрет без меня?

– Твой образ я запомнила, – улыбнулась подруга. – Я помню твои темные волосы, карамельные глаза, серьги-колечки в правом ухе и то, как падали тени. Все помню.

– Раз уж у тебя будет мой портрет, я хочу, чтобы и у меня был твой.

Девушка загадочно улыбнулась и сказала:

– Я об этом уже позаботилась.

Она подошла к стене, у которой стояли некоторые ее работы, достала из-под одной из картин холст, обернутый крафтовой бумагой в несколько слоев, и вручила ее Тану:

– Можешь открыть здесь, – подруга подвинула к себе табурет, на котором лежали тюбики с краской и, убрав их на пол, села.

Натан аккуратно поставил картину на пол ребром и начал освобождать от бумаги. Спустя пару секунд он поднял ее на уровне глаз и стал рассматривать. Голова Мии, изображенная на холсте, чуть наклонена вбок.