Всё начинается с женщины

«Мани, мани, мани…» Время бежало, народ в вагоне менялся, состав наматывал круги по кольцу, а баянист продолжал без устали шпарить по кнопкам, репертуар у него был неисчерпаем.

Постепенно то?лпы поредели. Когда народу стало совсем мало, музыкант обратил внимание на немолодого мужчину, сидящего рядом. Среди радостно возбуждённого народа он выглядел неприкаянным и одиноким.

– Отец, ты что, остановку свою проехал?

– Да нет, – смутился тот. – Заслушался. Хорошо играешь. Главное, с душой. Не устал?

– Я на работе.

«Поезд следует в депо. Просьба освободить вагоны», – сообщил по радиосвязи машинист. Баянист поднялся, чтобы выйти. Но одинокий пассажир по-прежнему оставался на своём месте, и не думая покидать вагон.

– Отец, пойдём, а то в депо увезут. До утра не выйдешь.

– Ну и хорошо, мне спешить некуда.

– Освободите вагон, не задерживайте состав, – потребовала появившаяся в вагоне дежурная по станции.

– Никуда я не пойду. Мне идти некуда.

– Меня это не касается. Я сейчас милицию вызову. – Дежурная достала свисток, и звенящая трель разнеслась под сводами станции.

На тревожный сигнал подоспел толстопузый охранник.

– Вот, говорит, идти ему некуда. – Дежурная нервничала.

– Вы нарушаете порядок. Пройдёмте со мной. – Охранник взял пожилого человека за рукав, и тому ничего не оставалось, как подчиниться.

Поднявшись по эскалатору, прошли в дежурку.

– Паспорт с собой? – спросил охранник.

– У меня всё с собой. – Нарушитель порядка полез в сумку, порылся немного, и наконец достал паспорт.

Охранник стал записывать паспортные данные.

– Во, жизнь! Я вынужден работать в новогоднюю ночь. Сейчас бы с семьёй и друзьями сидел за столом. Тазик с салатиком, шампусик, ёлка, мандарины. Дочка – снежинка, сын – зайчик танцуют вокруг ёлки. А вы, пожилой человек, такой праздник проводите в метро, – миролюбиво сказал охранник.

– Новогодняя ночь самая тяжёлая.

– Как же так? Прожил жизнь, а Новый год встретить не с кем?

– Да, вот именно. Так сложилось. Была жена, развёлся. Есть взрослый сын, но не хочу ему навязываться. – Он помолчал и добавил: – Виноват я перед ними. Поздно каяться, но сейчас понимаю – неправильно я жил.

В кармане задержанного зазвонил телефон. Он достал трубку.

– Отец, ты где? – Звонил сын.