Запах золотистого цвета

Градус напряженности толпы постепенно начал снижался. Еще кто-то осуждающе высказывался о Хромове и роде его занятий, но злоба и агрессия покидали помещение. Николай молча ждал. Звякнул дверной колокольчик и в дверь вошли Олег Золотов, Дмитрий Быков и Юрий Попов. Олег пробрался к прилавку со словами:

– Позвольте пройти, позвольте. Он весело посмотрел на Николая:

– Николай Федорович, да у вас нынче аншлаг. Небывалая популярность.

От дверей прозвучало:

– Во, еще один махинатор подтянулся.

Улыбка сползла с лица Олега, и он обернулся:

– Кто махинатор?

Оглянувшись, он лицом к лицу встретился с Бульдозером:

– Здрасти, Анатолий Николаевич.

В это время к прилавку протиснулись и Дмитрий с Юрием. Бульдозер напряженно молчал, наконец, выдавил из себя, показывая пальцем на Николая:

– Это вы ему графин и соник дали?

Олег недоуменно поморщился:

– Графин мы Николаю Федоровичу действительно подарили, а соник нет. А в чем, собственно, дело?

У Бульдозера дрогнула верхняя губа:

– А чем он тогда моих ребят отоварил?

Все дружно посмотрели на Хромова.

– У вас ко мне какие-то претензии?

Бульдозер молчал, суматоха мыслей отражалась на его лице. Николай перевел взгляд на телохранителей Бульдозера:

– Господа, может я вам причинил неудобства?

Повисло молчание. Николай вздохнул:

– Претензий нет. Давайте, спокойно и без лишних эмоций разбираться. Итак. Девушка начнем с вас. Поясните суть вашего недовольства.

Последующий разбор сложившейся ситуации изобиловал бестолковщиной и неразберихой. Наконец, помещение покинули случайные посетители, и в нем остались только заинтересованные лица.

Женщину удалось убедить вернуть Бульдозеру деньги и часы, а он взамен ей отдал украшения. Бульдозер, в свою очередь, осознав свою оплошность, сунул в руки женщины деньги:

– Ты, это, ты не обижайся, непонятка вышла. Это тебе для мамаши.

Женщина посмотрела на Николая, чувствуя, что именно он держит в своих руках нити происходящего:

– Только я деньги скоро вернуть не смогу.

Николай доброжелательно улыбнулся:

– А ничего возвращать и не требуется. По крайней мере мне.

К нему поспешно присоединился Бульдозер:

– И мне тоже не надо ничего возвращать.

Женщина удивленно расширила глаза:

– Но это же большие деньги.

Хромов усмехнулся и оперся ладонями о секретер:

– Не переживайте. Вы их отдадите кому-нибудь другому. Потом, если сможете.