Запах золотистого цвета

А он эти шахматы тогда сам, своими руками сделал. Так что, вот так.

Она подняла свой бокал:

– За тебя мой умелец.

Николай смущенно буркнул:

– Ладно, смотрите не захвалите. А то зазнаюсь.

Дмитрий отпил из своего бокала и, глядя в стол, пояснил:

– Ну, то, что Николая Федоровича золотые руки, это мы сразу поняли, еще, когда с ним не были знакомы. Тут спорить не о чем. Тут дело другое. Мы с Олегом ни как в толк другое не возьмем. Как ему удается прикрепить к его изделиям Ауру, извините, в его терминологии, прикрепить цветной туман.

Клара, с видом знатока, менторским тоном стала пояснять:

– Фу, так вы, оказывается, вон о чем. Совсем меня с толка сбили. А все понять не могу, какой туман, какая радиация, какая аура? Так бы и сказали, что ваша аура это уникальное проявление художественного творчества, уникальность произведений искусства.

Присутствующие с интересом уставились на Клару, а она самозабвенно продолжила:

– Это явление широко известное в искусствоведческой среде. И в литературе и в искусстве.

Это вам любой искусствовед подтвердит. Скажем картина Леонардо Да Винчи, или статуя Родена в них есть, как вы говорите, аура, поэтому они стоят бешеные деньги. А вот копии с них уже ни за что столько стоить не будут. Потому, как бы точно не воспроизводили оригинал, ауры в них уже нет, уникальность отсутствует.

Юрий восхищенно поддакнул, чем польстил Кларе:

– Век живи – век учись. А, я и не знал, что такие тонкости существуют. Вы мне просто глаза открыли Клара Александровна.

Вот, что значит человек искусства, не то что я – валенок, мужик от сохи.

Юрий повернул голову в Олегу с Дмитрием:

– А вы знали об этом?

Юрий некоторое время по очереди восторженно рассматривал лица приятелей, а потом взмахнул рукой:

– Ой, че-то я совсем обалдел. Вы-то точно, все это знаете. Вы же эту ауру мерить можете своим прибором.

Клара безапелляционно заявила:

– Ну, что вы Юра? Таких приборов еще не изобрели. Вы сами подумайте, как такое можно мерить? Это же из области чувств, из области возвышенного, из области искусства.

Дима же ясно сказал, что они меряют какую-то радиацию. А здесь совсем другое.

Юрий захлопал глазами, глядя на своих приятелей:

– Так что вы там мерили, умники? Радиацию? А на фига, извиняюсь, зачем вы эту радиацию аурой называли?

Олег виновато поморщился, а Дмитрий откинулся на спинку стула и уверенно продолжил разговор:

– Измеряли мы напряженность специфического физического поля.