Шестая сказка

Он еще пару раз подшутил над служителем, а потом ему надоело, ну, право слово, жить в таком напряжении – никому не пожелаешь. К Мауни вернулся бумеранг судьбы.

Мирас вздохнул, на миг прикрыл глаза, и сам не понял, что произошло: прихрамовая территория сменилась незнакомой гористой местностью, где эхо гуляло под руку с ветром, парили гордые птицы, и облака цепляли снежные вершины. Вдалеке, с высоты виднелась лента реки, леса, состоящие из вековых деревьев, и никакого человеческого поселения вблизи.

Юноша понятия не имел, куда его занесло.

Если все ранее происходящее поддавалось логике, то сейчас случилось непонятное. Он ни разу не был в этой местности, его ничего не связывало с ней, ни память, ни эмоции, ни мечты. Это Амаль хотелось повидать мир.

Воспоминание о супруге оказало эффект холодного душа. Мирас забеспокоился, как она там, в Вечном Мире. Он не слышал и не чувствовал ее больше, с тех пор как очутился в мире живых. Печаль коснулась юноши, легко, будто перышко, или паутинка на ветру, а как вернуться в Вечный Мир – не известно.

Тогда Мирас просто пошел вперед. За поворотом обнаружилось огромное, поросшее мягкой травой поле, на котором пасся табун. Прекрасные сильные кони с развевающимися гривами и хвостами, изящные кобылы, быстроногие жеребята – не меньше сотни голов. Животные пощипывали сочную зелень мягкими губами под охраной нескольких огромных мохнатых псов и их хозяйки – невероятной красоты девушки в непривычном глазу Мираса наряде: черкески и мужских кожанных штанах.

За поясом у незнакомки с одной стороны торчал кинжал, а с другой – кошка-пятихвостка.

У Мираса перехватило дыхание. Его словно одновременно сдавили огромным кулаком и в то же время подарили гигантские крылья. Он забыл обо всем, кроме мысли, что именно эта девушка предназначена ему в единственные возлюбленные. Именно о такое невесте рассказывала ему матушка. Фейерверк чувств обрушился на юношу и захлестнул с головой.

Мирас, завороженный и покоренный красавицей до глубины души, подошел к ней.

Пара мохнатых псов повела ушами при его приближении. Один угрожающе зарычал. Девушка обернулась на юношу, посмотрела, немного нахмурившись и удивленно приоткрыв пухлые губы. Будь парень живым, он бы, наверное, тотчас умер на месте. Ее глаза казались бездонными озерами. Длинные ресницы оттеняли фарфоровой гладкости и белизны щеки.

– Кто ты? – спросила незнакомка чарующим голосом.

– Ты видишь меня? – едва выдавил из себя Мирас.

– Да! – выдохнула она.