Невеста Лунного демона

Но, к счастью, отец не обратил внимания на мою оговорку.

– И на ужин, и переночует! – Видимо, демон весьма перспективный покупатель, раз господин Кин так оживился. Вместо того чтобы отмахнуться от меня по обыкновению, еще и пальцем поманил: – Приведи себя в порядок и подготовь новые сорта к показу. Ну, те, помнишь, что составила прошлой весной, с жасмином и мятой? Там еще что-то было…

Глава дома пощелкал пальцами, вспоминая.

– Цвет вишни с яблоком, липа с мелиссой и лимоном, земляника с ревенем… – услужливо принялась перечислять я скороговоркой, безмерно счастливая, что о моей оплошности позабыли.

– Да-да! – изволил одобрительно кивнуть господин Кин. – Вот сама и расскажешь, и подашь, и чтобы в лучшем виде, поняла?

– Слушаюсь, господин, – я опустила голову еще ниже.

Матушка Кин стрельнула убийственным взглядом, но вякать после того, как Главный господин отдал ясные распоряжения – недостойно супруги. Так что она скрипнула зубами и промолчала.

Я же поспешила выполнить приказ. Перед тем как появляться перед гостями, следует сменить одежду на более приличную.

Ну, из того что есть.

Имелось у меня немногое.

Восемнадцать осеней назад меня, новорожденную, оставили у порога дома Кин, завернутую в мешковину и отчаянно орущую от голода. К свертку с младенцем прилагался обрывок дешевой бумаги с тремя иероглифами – МинЛаньКин.

То есть я.

Тонкий намек на отцовство со стороны Главного господина мимо Матушки не прошел.

Скандал, конечно, вышел жуткий.

Хорошо, что я его не помню.

Но надо отдать должное семейству Кин – обратно на улицу не вышвырнули. Как только я начала хоть что-то понимать, меня приставили помогать служанкам, а после того как отец понял, что у меня настоящий талант к сбору и составлению чая, и вовсе перевели в сад и на склады. Фактически я заведовала всей плантацией, следя за качеством листа, обработкой кустов, ростом, планировкой… да за всем, в общем.

Все блага сверх перечисленного приходилось добывать самой.

Ну, как добывать…

Хитрить, изворачиваться, выпрашивать, а потом еще прятать так, чтобы пронырливые служанки не обнаружили и не испачкали, чисто из вредности.

Им-то ничего не будет, а меня могут выпороть за порчу ценностей.