Со всеми наедине: Стихотворения. Из дневника. Записи разных лет. Альмар

«Между всем и ничем…»

Между всем и ничем,

между первым и последним,

между краями, между серединами,

между обломками неизвестно чего,

неизвестно откуда взявшимися

и цельно-целым мирозданием

обнаруживаются связи/бессвязности,

пригодные для поэзии.

Из ничего, из нуля,

как из горящего круга в цирке,

строчки выскакивают,

занимая свое незаменимое место

в растущем стихотворении —

с какого слова ни начни,

какую строчку первой ни поставь,

душа находит продолженье.

«Яблоко, здравствуй!..»

Яблоко, здравствуй!

Здравствуй старый друг,

главный моей жизни фрукт

в нашем скромном саду, в Дондюшанах,

где имелось всего шесть деревьев,

не считая акаций, яблонь было две,

на одной росли зеленные антоновки,

на другой – красные щечки, райские яблочки.

Я про рай еще ничего не знал

(можно подумать, теперь знаю),

но название «райские яблочки»

полюбил больше самих яблочек.

В детстве, до войны,

кругом было много яблок,

во время войны, в гетто, все три года

я не встретил ни одного яблока,

даже забыл само слово – яблоко, яблоки,

но когда я их снова увидел летом 44-го,

я знал, что с ними надо делать —

вкусив большое, как моя головка,

зеленное яблоко,

я вспомнил забытый вкус

далекой довоенной жизни.

Война отняла у меня

маму, братика, бабушку Цюпу.

Тети, дяди с двоюродными братьями —

никому из них я уже никогда

не смогу протянуть яблоко,

только их дома в Дондюшанах

стоят на прежнем улицах,

но выходят оттуда чужие, незнакомые люди.

Когда-то во всех этих домах, во всех комнатах,

стояли вазы, подносы, большие тарелки,

большие кастрюли,

корзины и даже целые мешки с яблоками.

Когда буду умирать, если хватит сил выговорить,

попрошу зеленное яблоко —

вряд ли я смогу тебя надкусить,

прижмусь щекой к тебе, друг мой,

прикоснусь губами.

В знак благодарности,

последней молитвой попрошу Господа

освободить яблони от неподвижности,

пусть гуляют по миру, как люди.

«А еще есть те…»

А еще есть те,

которые проходят через дверь,

а говорят, что прошли сквозь стену.

А еще есть те,

которые, как два глаза

на лице человека,

вместе смотрят на этот мир,

а друг друга не видят.

А еще есть те,

которые слишком поздно

поняли, что самое главное в жизни —

это то, что она короткая.