Чёрно-белое колесо

Приезжай, отдохнём, шашлыки пожарим.

– А почему бы и нет? – весело пожала плечами Регина. – Сто лет на природе не была.

– Вот и отлично, – улыбнулась Тамара, – и чайку попить сегодня забегай.

– Обязательно.

– У нас на Руси все проблемы у баб решаются чаем, а у мужиков водкой, – говорила Тамара. – Под них и исповеди, и похвальба, и слёзы, и радость. Под них душой делятся.

Удивительно, но Регина тоже делилась. Иногда тем, чем не делилась даже с Андреем.

– Злая ты, – сочувственно говорила Тамара иногда, когда Регина что-нибудь рассказывала.

– Разве плохо быть злой? – улыбалась Регина. – Лучше, чем доброй. Добрых все обижают.

Тамара вздыхала и качала головой.

– Человек тогда злой, – сказала она как-то, – когда в нем много боли и страха.

– Почему страха? – не поняла Регина.

– Потому что. Вот ты чего боишься?

Регина честно задумалась. Высоты, темноты, закрытых помещений? Нет. Трупов? Вроде тоже. Приходилось выезжать пару раз фотографировать для криминальной колонки.

– Не знаю, – она пожала плечами. – Наверное, ничего.

– Я же говорю, молодая, – рассмеялась Тамара. – Не доросла еще. Запомни, девочка, все боятся боли и одиночества.

Регина помолчала, а потом сказала неожиданно даже для самой себя:

– Чтобы не делали больно, бей первой.

Тамара долго рассматривала её тогда и о чём-то думала. А потом снова вздохнула и подлила ей чаю. Она не одобряла Регину. Но той и не было нужно одобрение.

– Стольникова! – раздался вопль сверху.– Тебя Семёныч ищет.

– Иду! – крикнула Регина, задрав голову. И, обогнув Тамару, побежала вверх по лестнице.

Аркадий Семёнович сидел за столом и что-то читал.

– Пришла? – поднял он взгляд на Регину и улыбнулся как-то плотоядно.

– Пришла, – согласилась та. – Искали?

Он встал, прошёл мимо Регины к двери и плотно закрыл её. Обернулся.

– Ну что, красавица, пляши, впечатлила ты нашего московского приятеля.

– Правда? – Регина сцепила пальцы в замок нервным движением. Ей захотелось броситься начальнику на шею и расцеловать. Работа в Москве —мечта в ладонях. Не верилось.

– Правда, – Аркадий Семёнович ухмыльнулся. – Везучая ты, Стольникова.

– Аркадий Семёнович, миленький, спасибо вам, – Регина широко улыбнулась.

– Спасибо в карман не положишь, – прищурился он.