Мы отражение

 – Наверное, привычка, анализировать. – Он улыбнулся и продолжил: – По мне это так заметно?

– Да, очень заметно, по крайней мере мне. У меня это профессиональное, видеть людей насквозь. Но в нашей компании ни к чему этого делать. – Андрей Борисович огляделся, разведя руки в стороны, как бы указывая на всех. – Здесь все свои и никто не знает, кто и чем занимается. Но и это до поры до времени. Аркадий тебя зовут, верно?

– Да верно.

– Андрей Борисович, или просто Борисыч. – Он протянул руку для рукопожатия Аркадию.

 – Здесь все свои, ни от кого подвоха ждать не стоит. Мы с парнями почти два года так собираемся, Саня только недавно влился в наш коллектив и сразу стал своим. Да, Сань?

– Совершенно верно, Борисыч! – рассмеявшись, ответил он, сидя в кресле напротив.

– Вот он, – Борисыч немного наклонился вперед, показывая рукой на Саню, – вообще вопросов не задает, живет в моменте. Приехал, нравится, кайфует.

– Да! – ответил Саня. – Я не задаю лишних вопросов, не просвечиваю людей взглядом.

Если человек понравился с первых минут разговора, значит, можно пообщаться, а вот если начинает сразу бесить, то и послать его можно, и независимо от его статуса.

– Для нас вот так общаться друг с другом, при этом не зная, кто и чем занимается, кто и чем живет, – своеобразный кайф. – Борисыч уже наклонился через боковину кресла к Аркадию, смотря прямо в глаза. – Ни к чему лишние вопросы. Мы как монахи, которые хотят достичь просветления. Для этого сегодня и приехали сюда, подальше от остального мира, от своей суеты и дел.

Так что постарайся меньше думать и просто расслабься.

– Постараюсь, – задумчиво ответил Аркадий. – Но ведь все равно рано или поздно мы все друг друга узнаем. Не так ли?

– Да, возможно. Может, и нет. – Борисыч рассмеялся. – Конечно, когда-нибудь человеческий фактор выстрелит, ну а пока расслабься. Вот пошли, отойдем в сторону, покажу.

Борисыч встал с кресла и пошел левее от костра к тропинке, ведущей в темноту, Аркадий, за ним и Саня пошли за Борисычем.

Саня знал, о чем речь, а вот Аркадий перебирал варианты. Но в итоге ни один из его вариантов не подошел, да и о таком он даже догадаться не мог.

Пройдя в темноте метров сто, они дошли до берега озера. Впереди был деревянный понтон, плавающий на стальных бочках, тропинка к нему была выложена досками, правее от понтона – пластиковые лежаки у самого берега. Борисыч, подойдя к крайнему лежаку, лег на него спиной, устроился поудобнее, выдохнул, смотря на небо.