Будка

– Чего ты ржешь Ромео, подожди, сейчас Антоха перейдет к твоему холодильнику, – перевёл тему Петрович, насупив брови как обиженная барышня, наливая следующий стопарик, пытаясь отвести от себя разговор. Он вообще любил отвлечь, в детстве Петро был идеальным «шухером», когда они бросались в приключения по соседским огородам.

– Кстати, как там твоя вечная любовь, до гроба надеюсь? – охотно подхватил Антоха.

– До гроба что значит? Что в гроб загонит! – сказал вдруг Алексей.

– Лёха проснулся, узнаю наконец своего кореша, а то всё бе да ме.

Смотри Миха, если еще попросишь меня холодильник перевезти, я тебя сам в нём закопаю. Дольше сохранишься.

–Нет, пацаны, в этот раз я думаю серьезно, она другая: такая обходительная, тихая, без истерик там всяких. Ты бы знал, как она готовит. Я хоть поем, наконец, как все нормальные люди. А-то Лерка помнишь всё меня пельменями, да сосисками кормила. Сосиски я себе и сам приготовить могу. Я с ней, когда жил, в столовке прописался, ходил сюда поесть почти каждый день.

– Это которая последняя? – спросил Антон.

– Нет, последняя была Машка.

– Машка, это у которой дочка – та, что тебя объедала.

– Ну, нет, это чай Верка.

– Да ну тебя на хер Мих! – сказал Антон, сдавшись окончательно.

– В смысле объедала? – поинтересовался Алексей.

– Да он всё время Машке предъявлял, что у неё есть отец пусть он её и кормит. На этом они и разошлись, если я правильно помню.

– Ничего не правильно, – возразил Михаил. – Она жрала за троих. Ты сейчас из меня монстра делаешь опять.

Чего я обязан чужого ребенка кормить?

– Миха блин, она ребенок. Ну, ты же знал изначально на что идешь? Мозгокрут ты. Золотых-то нет, пойми ты это, наконец. Ты можешь даже не сходиться, через неделю, ну месяц все равно уйдешь. Терпения в тебе нету.

– Нет, в этот раз, правда, всё серьёзно. Она милая, всё молчит. Я прихожу, она мне на стол накроет, ботинки мои сама поправит. И всё меня кличит Михаил, Михаил. Не Мишка там какой-нибудь, а Михаил.

– Ха, – засмеялся Антон.

 – А знаешь, сколько раз я от него этот трёп слышал, со счета сбился, – сказал он, обращаясь к Алексею. И тут же продолжил свой разговор, развернувшись к Мише. – Истинный Ромео. Ты романтик Миха, постоянно рекламную акцию принимаешь за продукт. Тебе втюхивают макароны высшего сорта, а это обычная бомж лапша на деле оказывается. Неужели ты думаешь, что бывают идеальные и из этой бабы через неделю все черти не повылезут. А тем более ты Михаил и ангела взбесишь.