42 дня до Нового года

– Даже здесь от тебя не спрячешься, – пошутила Марина и улыбнулась.

Юноша подарил ей цветы и крепко обнял. Девушка чувствовала, как призрачные пальцы касаются ее талии.

– Зачем мы здесь? – спросила она, когда Глеб перестал прижимать ее к себе.

– Для того, чтобы насладиться природой и небольшим пикником.

– Ты сделал для меня пикник?!

Глеб провел ее на полянку, в то место, где рожь расступалась, пропуская их в уединенный кусочек сего мира. Злаки здесь были примяты белой шелковой простыней, на котором поселились различного рода вкусности.

– У нас даже во сне все романтично, – заметила Марина, усаживаясь поудобнее и откусывая маленький ломтик яблока, первым попавшийся ей на глаза.

Юноша наполнил чашечку ароматным травяным чаем и подал ее девушке. На душе Марины было так легко и беззаботно, что она действительно радовалась, что может ни о чем не переживать. Но этот счастливый миг длился недолго.

– Марин, – обратился Глеб к ней, после небольшой паузы, в которой они просто наслаждались окружающей атмосферой и взглядами друг друга.

– Да?

– Помнишь, наше первое свидание?

– Это когда я сбежала из дома, и мы сидели на крыше? Да, помню. Ты еще принес бутылочку вина, и мы всю ночь смотрели на звезды. Я правда немного замерзла тогда, но виду не подала, чтобы не прервать чудесное времяпрепровождение.

– Я ведь спрашивал тебя, – напомнил Глеб и нахмурился. – Куртка, конечно, была не настолько теплой.

– Мне было тепло в душе с тобой, а на тело я не обращала внимания.

– Все равно нужно было предупредить.

– Хорошо, милый, в следующий раз обязательно.

Юноша чуть заметно улыбнулся.

– Знаешь, я всегда искал такую девушку: добрую, нежную, ласковую, внимательную, которая поддерживала бы меня во всем и всегда была мне верна. И я нашел ее.

Глеб сделал маленькую паузу. Марина приготовилась услышать свое имя и предстоящая радость, казалось, уже открывала двери…

– Но это не ты, – резко отрезал юноша.

Девушка хотела возразить, но не смогла вымолвить ни слова. Язык словно прилип к гортани. Марине стало трудно дышать. Лицо Глеба исказилось, смешалось воедино с черным пространством, уже заменившим окружающий мир. Девушка закрыла глаза и боль острым камнем пронзила ее девичье сердце.