42 дня до Нового года

Глеб сделал над собой усилие и впервые за время ужина это была искренняя улыбка.

– Ты так устал, мой тигренок, я все понимаю, – сказала Марина, слегка опустив голову набок.

– Да, я заметил, что ты сегодня необычайно бодра и я на фоне с тобой выгляжу крайне вяло, – поделился своими мыслями Глеб. – Надеюсь, все исправить ночью.

Он хитро подмигнул, показывая этим, что разглядел чулки и нижнее белье, скрывавшееся под молочным платьем.

– Мм, и что же сегодня такого будет? – шутливо спросила Марина.

– Ничего, мы просто ляжем спать, и я тебя обниму, – с полной серьезностью в голосе сказал Глеб.

Юноша еле сдержался, чтобы не засмеяться исказившегося в тот миг от недоумения лица девушки, нервно закусившей нижнюю губу.

– Эй, – возмутилась девушка. – Я для кого так наряжалась?

– Конечно же для меня, – ласково сказал юноша и нежно прикрыл ее ладонь.

Марина растаяла. Она не могла ни морально, ни физически находиться рядом с возлюбленным. Глеб делал ее такой какая она есть: мягкой и нежной, за это девушка и любила его.

– Ты везде выкрутишься, – не в обиду сказала Марина. – Люблю тебя.

– И я.

Весь остаток догорающего вечера они провели вместе: посмотрели фильм, девушка почитала книгу в то время как юноша потягивал на балконе сигарету, пуская клубы темно-серого дыма. Все было так романтично, немного наивно, словно они оба жили не на земле, а в какой-нибудь волшебной сказке.

Ночью все случилось. Они вновь слились в той буре эмоций, страсти, чувств, что не заметили, как время, не ускоряя своего обыденного темпа, перевалило за полночь.

***

Марина бежала по золотистому полю. Ветер трепал ее смоляные кудри, играл с воздушно-голубым, как небо, платьем. Вокруг не было никого, лишь несколько сосен, небольшими островками поселились среди бескрайнего моря созревшей ржи, гулко покряхтывая, трясли своими могучими ветками. Девушка прикоснулась к одной из них. Первое, что она почувствовала – тепло, проникающие в пальцы, дающее ей новую силу и бесконечный прилив энергии.

– Я ждал тебя.

Девушка обернулась. Перед ней стоял Глеб. Одетый в белую рубашку с расстегнутой верхней пуговицей, в черных брюках, он улыбался, держа в руках букет полевых ромашек.