Великая Рыба

 – Вчера, помнится, у Вас была теща!

– Да это же теща бывшая! – рассмеялся Данилевский. – Мы с женой давно развелись, а тут у неё на кафедре защита, она оппонент, и так некстати мать заболела… Она никак не могла вырваться, попросила помочь. Ну не мог же я отказать человеку, с которым прожил столько лет. Оля, мы правда в разводе. Хотите, паспорт покажу, если не верите?

– Хочу! – выпалила Ольга. Не смотря на состояние «активного поиска» у неё был принцип – никаких близких отношений с женатыми, пациентами и их родственниками.

На ее удивление Данилевский вынул паспорт и начал его листать.

– Ладно, верю, – устало сказала она. – Пойдемте. А Вы всегда такой безотказный?

– Вы о чём?..

– Ну, вот вы ведь уже развелись, а она всё равно просит Вас что-то сделать, Вы отпрашиваетесь с работы, хотя это нужно ей, а не Вам… Или Вы не работаете?

– Работаю, – улыбнулся Данилевский. – Я действительно отпрашивался. Как Вы точно заметили! От Вас ничего не скроешь!

– Надо же, в разводе, а всё равно помогаете… Бывают же такие мужчины!

За этими разговорами они вышли в залитый солнцем больничный двор.

– Хорошо-то как на воле!

Данилевский улыбнулся:

– Хотите погулять?

Она удивленно вскинула брови:

– И куда Вы меня собираетесь вести?

– Куда захотите.

Поворот дел был любопытен, и в другой день она, наверное, согласилась бы, но только не сейчас – дежурство выдалось напряженным, больные поступали тяжелые, и за всю ночь прилечь почти не удалось.

– Вы забыли, что я с дежурства? У меня ноги заплетаются, а Вы гулять зовете! Дайте сначала выспаться.

– Хорошо. Чтобы Вы по дороге не расквасили нос, я доведу Вас до дома, запишу телефон и, когда Вы проснетесь, позвоню. Согласны?

Ольга одобрительно кивнула, и, сопровождаемая Данилевским, вышла за ворота больницы. Ей так нравился утренний город, от улиц которого пахло свежестью и свободой. Как сладостно было ехать домой в то время, когда весь народ спешил по делам!

– Простите, Оленька… Ведь можно Вас так называть, правда?

– Пожалуйста, я не на работе.

– Меня интересует один нескромный вопрос, и пока я его не задам, не смогу успокоиться.

– Я не замужем. Но это не значит, что можно ломиться ко мне в постель.

Данилевского немного покоробила такая прямолинейность, в поведении Ольги был явный перебор. «Большого о себе мнения, – подумал он.