Великая Рыба

Ольга Ивановна недоуменно посмотрела в глаза доктору Дудю, а тот продолжал:

– Да. Ее убили. Муж застрелил.

Ольга не верила своим ушам – этот мягкий немолодой уже человек, с которым она почти подружилась, оказывается, хранил в себе такое горе. Видно, ему захотелось выговориться, и он продолжал:

– Я даже какое-то время героин принимал, потом бросил. Гепатитом С заразился.

Ольга еще больше округлила глаза, но показывать недоумение было не прилично, и она постаралась перевести в шутку:

– Значит, целоваться не будем!

Дудь улыбнулся, но промолчал.

«Что ж, будем просто друзьями, – решила Ольга Ивановна. – Хорошо, что он сразу сказал, что болен».

Следующим утром, выкроенным столь самозабвенным враньем, Данилевский отправился в больницу и ровно в девять – ноль-ноль стоял у дверей реанимации. «Надо попробовать, – думалось ему. – Чёрт, цветы не купил… А может, и правильно: от денег она отказалась, вдруг от цветов тоже откажется?»

Ему казалось, что он простоял вечность, но стрелка часов почему-то отсчитала только пятнадцать минут.

К нему вышла полная, похожая на ожившую гору женщина в белом халате и пробасила:

– Вы к кому?

– Простите, – растерялся Данилевский. – Не подскажете, с Ольгой Ивановной можно поговорить?

Женщина оглядела его с головы до ног, будто определяя, подходит ли он для молоденькой докторши, и, уже миролюбивее сказав «Подождите», исчезла внутри.

От внимания Данилевского не ускользнул этот оценивающий взгляд.

Прошло еще неопределенное количество времени, двери раскрылись вновь, и оттуда вышла Ольга. Данилевский еле ее узнал – она была в кожаной куртке, а прежде собранные в хвост волосы свободно рассыпались по плечам. Взглянув на него снизу вверх, она сказала:

– Мой рабочий день закончен. Сегодня будете беседовать с Игорем Олеговичем!

– Ольга, я просто хотел Вас увидеть.

«Неужели? – удивленно подумала она.

– Ну что, увидели? А теперь я пойду домой. Спать, знаете ли, хочется.

– Можно я вас провожу?

Она вновь подняла на него глаза:

– Проводить? Интересное желание. А Вы на машине?

– Нет… – с сожалением ответил Данилевский. – «Безлошадные» к проводам не допускаются?

– Особенно женатые.

– Я разведен.

– Правда? – с сарказмом спросила Ольга Ивановна.